Отряды, сформированные во время Семилетней войны, положили начало лёгкой пехоте в русской армии и тут же отличились при осаде Кольберга.
Семилетняя война: охотники и егеря
После знакомства с прусскими егерями, учрежденными Фридрихом Великим в начале царствования, некоторые офицеры русской армии призадумались о создании подразделений «охотников», которые могли бы выполнять широкий спектр задач как на поле боя, так и на походе. Практика привлечения добровольцев для выполнения особенно сложных поручений не была чем-то необычайным для русской армии. Более того, и солдаты, и командиры были заинтересованы в её повсеместном распространении: первые получали вознаграждение за успех, а вторые получали преимущество на важном участке фронта.
Первые в русской армии егеря появились в войсках под командованием П. А. Румянцева — будущего победителя турок и фельдмаршала. Тогда в подначальных полках были сформированы отдельные воинские команды егерей, которые должны были сражаться в рассыпном строю и прикрывать батальоны от неприятельских застрельщиков и кавалеристов.
Боевое крещение румянцевские охотники приняли под Кольбергом, блокада которого была поручена полководцу. 18 августа 1761 года Румянцевым был подписан ордер с инструкцией «об организации, вооружении, снаряжении и тактике» двух легких батальонов, которые и стали первыми русскими егерями. Всего собрали 1000 егерей, обмундирование которых было по возможности облегчено — шпаги заменили на штыки.
Пётр Румянцев: кольбергский триумф
В том же документе находим указание на весьма необычные для XVIII века функции регулярных войск: «в амбускадах [засадах] тихо лежать и молчание хранить… в лесах же иногда появившихся [неприятелей], несмотря на силу, — атаковать». Указание было написано под впечатлением от действий прусских егерей и австрийских пандуров. Пункт, предостерегающий от грабежей местного населения и падения дисциплины, хотя и встречался в наставлениях того времени регулярно, для егерей был более актуален, чем для остальных войск. Дело в том, что к тому времени на театре военных действий уже успели прославиться прусские «вольные батальоны», которые набирались в помощь фридриховским егерям из военнопленных, дезертиров и других преступников. Они представляли собой один из примеров штрафных частей Европы Нового времени.
Уже в сентябре 1761 года только что сформированные батальоны были отправлены на первое боевое задание: егеря должны были занять лес и выгнать противника из местечка Егергауз, облегчив русским войскам занятие ключевых высот в непосредственной близости от самой крепости, что обеспечило надёжную блокаду осенью 1761 года. В реляции, отосланной в Петербург, Румянцев отдельно упоминает о создании вольных батальонов «точно из охотников» и их успехе во время боя в Боденхагенском лесу к востоку от Кольберга.
Буквально пару дней спустя лёгким батальонам снова предстояла особая миссия — во время атаки приморских редутов пруссаков лёгкие батальоны должны были обойти позиции противника по болоту и обрушиться на него со стороны самой крепости, откуда неприятель атаки не ждал.