Пять разрешенных занятий в жизни верующего (по Евагрию)

1. Умная молитва,
2. Псалмопение, т.е.молитва словами из книг,
3. Чтение Писания и отцов,
4. Размышление о своих грехах с сокрушением,
5. Рукоделие (греч.: χειρουργία, «хирургия»), т.е.работа и всё, что делается руками, в т.ч.умственно.
(Евагрий. Мысли, соединяемые со статьею о восьми помыслах, фрагм.1 // Добротолюбие, т.1)

Тут можно увидеть, что первые четыре попарно симметричны, т. е. молитва делится на свою собственную и на ту, которая словами из книг, и размышления о Божественном также делятся на свои собственные и те, которые словами из книг.
По сути, эти два вида деятельности (молитва и чтение/размышление) взаимосвязаны, т.к.одно переходит в другое и наоборот, т.к.молитва в любом случае взаимоувязана с сокрушением о своих грехах, а не является отдельной звуковой, так скажем, мантрой. То есть, не бывает молитвы без сокрушения о собственных грехах, в противном случае это уже не молитва, а что-то другое. При этом свои грехи и страсти обнаруживаются, как правило, именно на молитве, т.к.помыслы, отвлекающие от молитвы – это обычно и есть главные страсти на данный момент.
Кроме того, оба вида деятельности (молитва и размышление), разделяемые на свои и на словами из книг, также друг друга взаимодополняют. Это примерно как правильная еда, которая поступает в организм извне, а затем организмом переваривается и усваивается.
Или можно провести аналогию с изучением иностранного языка: сначала заучиваются готовые правильные речевые образцы из учебника с повторением их вслух до автоматизма, а затем, когда мозг и речевые органы усваивают поток этой поначалу чуждой им речи, лексики и грамматики, – затем уже сами «переваривают» их и становятся способными самостоятельно и творчески владеть этим языком.
Поэтому без псалмопения и чтения Писаний и отцов (№№ 2 и 3 выше), которые в данном случае и являются такими «речевыми образцами» (в вере и жизни), не может произойти правильная настройка нашего мозга (и всей жизни) на Бога. То есть, богослужение и чтение отцов – это и есть та азбука или, можно сказать, каркас, на котором всё держится. И только затем, отталкиваясь от этого каркаса и держась на нем, мы сможем вырасти сами и начать разговаривать с Богом на правильном языке (жизни) и правильно мысля.
Последний пункт (5): рукоделие (по-гречески: «хирургия», т. е. «делание руками»), т. е. работа должна быть такой, чтобы максимально поддерживать молитву или поначалу хотя бы не очень мешать ей. Если прямо сейчас и работа не такая, и молитвы совсем нет, то постепенно нужно наращивать и время молитвы, даже если работа умственная (об этом см.ранее в одной из публикаций о технике молитвы при офисной работе), и, с другой стороны, постепенно либо находить «окна» в работе, либо менять ее интенсивность, либо ее длительность, либо ее саму. Одного конкретного универсального совета для всех здесь нет, но есть принцип: самое главное – положить вектор на наращивание молитвы и честно со своей стороны ему следовать. Бог же со Своей стороны тоже поспешит.
Вкратце, подводя итог: все пять вышеперечисленных занятий в древности латинские монахи сокращенно формулировали как ora et labora (молись и работай). Возможно, Евагрий, который писал по-гречески, то же самое по латыни мог бы скачать чуть иначе: ora, puta et labora (молись, размышляй и работай). Как-то так.