- Ты не злишься? – начал Чак. - Не могу сказать, что злюсь, в целом иногда меня и правда уносит. Меня надо поправлять, но это, на мой взгляд, было грубовато. - Прости. - Да ладно… Наступила неловкая тишина, такая, которая наступает каждый раз, когда один мужчина искренне просит прощения у другого. - Зачем ты это сделал? Ну… Зачем ты нырнул? Люди, которым ты когда-то проспорил, уже наверняка забыли о нём, – нарушил тишину Чак. - Я уже стар, мой друг. Я сейчас в том возрасте, когда над вещами больше размышляешь, нежели их делаешь. Тогда на концерте, я наткнулся на ту мысль, которая и заставила меня это сделать. Эта мысль стара как мир, но от того не перестает быть актуальной – в нас иссякает дух авантюризма, мой друг. С возрастом мы все реже готовы сделать рывок, поставить на кон всё, что у нас есть, включая нашу жизнь ради мечты, да что там ради мечты. Порой, в молодости мы готовы были умереть за то, что даже ценностью-то назвать язык не поворачивается! Я чуть не утонул тогда! Чуть не у