- Сам момент перехода из обычного человека в монаха Вы помните?
- Ну, как-то это произошло очень естественно. То есть какого-то вот буквально, чтобы сегодня я уснул, скажем, там, обычным человеком, а стал каким-то другим, такого, пожалуй, не было. И мне очень запомнились как-то на всю жизнь слова нашего выдающегося иерарха, это блаженнейшего митрополита Онуфрия, он очень дружен с нашим отцом наместником, они вместе были в Троице-Сергиевой лавре чадами вот отца Кирилла покойного (Павлова). И он, когда вот меня отец наместник постриг в монашество, он как раз был здесь, у нас, в гостях. Я подошел под благословение, он был уже епископом тогда, владыка Онуфрий, и отец наместник попросил дать ему мне какое-то вот, ну, напутствие такое, вот, пожелание, вот. Владыка так задумался и говорит: «Ну, желаю тебе, чтобы с принятием образа ангельского, — и так подумал, — не потерять образ человеческий». Вот. Это мне как-то очень понравилось, это очень глубоко так было сказано. Ангельский образ — это монашество называется ангельский образ, вот. Но мы все должны все-таки остаться еще и людьми, потому что иногда бывает, что люди как-то слишком вот стараются как-то от всего отстраниться, вот, и появляется некая такая отчужденность. Но она такая, ну, не совсем, может быть, естественная все-таки, поэтому мы стараемся, естественно, остаться, прежде всего, людьми, вот, ну, в каком-то лучшем смысле этого слова.
- А что самое сложное было вот в самом начале монастырской жизни? К чему приходилось привыкать?
- Привыкать, естественно, вот как каждому монаху бывает непросто, это к послушанию, вот. Потому что, там, какие-то ограничения, там, и в пище, там, во сне, там, в чем-то еще. Ну, они… тем более молодой организм быстро привыкает, вот. А вот слушаться — это бывает непросто, потому что мы всё делаем по благословению, спрашиваем, можно ли нам или нельзя. Соответственно, привыкнув уже к свободе, что мы сами все решаем, вот, мы хозяева своей жизни, а тут вдруг — раз, и надо брать благословение на все. Это, конечно, бывало, ну, действительно, это непросто.
Отсечение своей воли и послушание — оно очень смиряет. А так как в каждом из нас, в общем-то, ну, гордости довольно много, вот, то наша гордость против этого часто восстает: «Как же так? Я уже взрослый, я сам уже должен, там, все решать, вот, я большой, умный, сильный». А тут вдруг — раз, и оказывается, что мы, как дети, должны спрашивать, вот. Это некий такой момент — он очень важный, очень важный, потому что этим как раз и отсекается наша гордость, и этим воспитывается в нас вот это смирение, вот, уже, ну, таким, внешним образом, вот.
То есть мы, внешне смиряясь, мы к этому потихонечку свою душу начинаем хоть как-то освобождать от груза наших, так сказать, уже страстей, ну, прежде всего, гордости.
- И сколько Вы к этому шли, чтоб вот это принять окончательно?
- Да до сих пор еще не привык, вот. То есть человек этому учится всю жизнь. То есть, потому что, кажется, вроде бы уже столько лет в монастыре, и все так, а все равно внутри ведь… Это ведь, как сказать, наши страсти — они же не сами по себе живут, а страсти — это продолжение наших естественных черт души нашей, да, вот, сил души. Поэтому, соответственно, силы эти никуда не деваются в душе. Они все равно живут, просто мы пытаемся вот их как бы силу направить, но уже не на страсти, а на какие-то вещи, так сказать, со знаком плюс, добрые, и поэтому… А те силы — они же все равно пытаются как-то найти себе более легкий такой путь, вот, поэтому, конечно, борьба эта, вот эта с самим собой — она, в общем-то, у каждого на всю жизнь. У нас был один брат такой, очень был такой нервный, раздражительный, по жизни он такой. И вот чувствовалось, как он с собой борется. То есть у него прямо иногда прямо искры летели, там, вот что прямо себя так старался сдержать, потому что понимал, что еще чуть-чуть, и он взорвется просто, там. И у кого-то от природы характер более мягкий, податливый, кто-то более склонен, скажем, к послушанию, кто-то нет, вот. Но у кого-то другие есть свои особенности характера, то есть на что-то он более, там, падок, вот, у кого-то нет. Поэтому в общем, каждому приходится себя как-то вот смирять. И это вот наиболее, наверное, такое, непростое и важное.
Из книги "Люди неба. Как они стали монахами":
https://www.labirint.ru/books/745621/
книга с автографом автора:
https://book24.ru/product/lyudi-neba-kak-oni-stali-monakhami-s-avtografom-5954151/
По мотивам программы "Как я стал монахом" на телеканале "СПАС"