Синие волосы, «Утиные истории» и другие детали
🎬 Телеграм-канал «Тинтина вечно заносит в склепы»
Честно говоря, Четвертая фаза киновселенной Marvel настраивает на то, чтобы вообще не воспринимать фильмы и сериалы Disney как законченные произведения, скорее — как конструктор, с которым интересно возиться, додумывая ключевые единицы за сценаристов.
В этом смысле «Черная вдова» не вызвала отторжения, хотя это буквально набор сцен, порой связанный довольно символической логикой. И вот какие пункты хотелось бы выделить.
1. Синие волосы
Буквально с первой пробежки синеволосой Эвер Андерсон в терренсмаликовском пригороде (так пахнет парадиз детства) ощущение инди-правдоподобия рушит самый теплый цвет: сложно представить как обыденность — ребенка с голубыми волосами в 1995-м, тем более — в семье с постсоветским кодом. Тем не менее это ключевая деталь: цвет волос Черной вдовы — маркер ее идентичности, напоминание, что она всю жизнь адаптируется, привыкает к предлагаемым обстоятельствам. Жизнь с неродными, командировка на Кубу, муштра, бега, гордый статус Мстительницы.
2. Генерал Дрейков
Такой же пунктир — антагонист Дрейков, генерал. Последнее, кажется, формальный статус: в кабинете и повадках Рэя Уинстона угадывается масляная жуть советского функционера, огромное эго, быстро адаптирующееся к новым реалиям, что вывело его на торговлю оружием и использование «вдов», а также патриархальный комплекс быть самым жутким (эхо этой идеи аукается даже в бунтующих героях «Кислоты» Горчилина). Отсюда же символическая, по сути, власть «красной комнаты» — начальственного Кабинета, — закрепленная мужским феромоном. Все это красиво как горстка образов (в «Берлинском синдроме» у Шортланд жизнь в окружении тоталитарной архитектуры вела к тоталитарному мышлению), но опять же — предложение сыграть с кубиками, достроив авторские упрощения в удобную схему.
3. «Утиные истории»
Об этом (пунктирности), к слову, фильм предупреждает чуть ли не с порога, показывая две сценки из «Утиных историй»: когда Красный страж возвращается с работы домой, — а потом на титрах. В любимом мультсериале детства столько острых углов и перегибов, что симпатизировать дядюшке Скруджу решительно невозможно.
4. И последний пункт, смыкающийся с первым. Клюквенная, нескладная сцена семейного застолья, обладающая при этом парадоксальной ламповостью (очень родное замечание «не сутулься», комичные попытки Харбора влезть в костюм супергероя), это взросление в чистом виде. Вдова видит «семью» не как священных родных (Малик!), но как шайку несчастных, зажатых в каких-то своих неврозах и культурных/социальных стереотипах. Это шахматная партия, со скрипом разыгрываемая по ролям. Как вообще все в фильме — со скрипом воспроизводимая схема: шпионского триллера, супергеройского подвига, эксплуатации — долга, отеческих чувств, детского бессилия, открывающего простор для манипуляций.
p.s. Отдельно хотелось бы фильм про Елену Белову (Пью) с ее дворовым акцентом и вообще аурой «висят года на мне — не бросить, не продать». Кажется, ее здорового скепсиса и брутальной комичности очень не хватает Киновселенной Marvel.
Подписывайтесь на канал | Слушайте подкаст | Подробнее о «Тинтине»