Однако он тут же взял себя в руки и продолжал

Вдох. – Тебе не следует выходить за него замуж. – Каррал неожиданно с трудом сглотнул, словно у него закончились слова и он не знал, что сказать. Однако он тут же взял себя в руки и продолжал: – Советника принца, Эремона, на самом деле прежде звали Хафидд. В прошлом он был нашим врагом, и должен тебя заверить, что страшнее человека я не встречал. Ты не должна попасть в руки Хафидда и принца Иннесского. Я знаю, что принц Майкл приятный и обаятельный молодой человек, но его отцу нужно только одно – ребенок, в жилах которого будет течь кровь Уиллсов. Тогда он попытается объединить Старое Королевство и посадить своего внука на трон.

Он замолчал, и Элиз подумала, что ее отец выглядит усталым и нездоровым. И он страшно бледен.

– Да, – проговорила она. – Принц Майкл меня предупреждал, он сказал, что я не должна выходить за него замуж. Он показался мне таким несчастным. – Элиз почувствовала, что вот-вот расплачется.

Услышав слезы в голосе дочери, Каррал прикоснулся рукой к ее щеке.

– Сейчас тебе следует думать о себе, – мягко напомнил он. – И больше ни о ком. Ты должна бежать. Сегодня ночью.

По щеке Каррала скатилась слеза, и Элиз увидела, как он быстро смахнул ее рукой.

– Но в коридорах стоит охрана…

– Их отвлекут.

– Меня через день вернут назад… в лучшем случае через два. – Элиз чуть не расплакалась от отчаяния.

– Нет, – возразил ее отец, и его голос прозвучал тепло и успокаивающе – совсем как в детстве. – Все подготовлено… – Он колебался одно короткое мгновение, и Элиз уловила его сомнения. – Тебя будет сопровождать друг. Поверь мне, тебя не поймают и не вернут.

– А что станется с тобой? – спросила Элиз. – Как ты будешь без меня?

– О, я скорее всего медленно зачахну и умру, – с вымученной улыбкой ответил Каррал.

Впрочем, улыбка чуть смягчила его уставшее, изуродованное синяком лицо.

– Хочешь сказать, что вполне можешь без меня обходиться?

– Я буду чувствовать себя несчастным и стану скучать так сильно, что нет подходящих слов, чтобы описать это, но тебе не следует беспокоиться за своего отца. У меня есть музыка и менестрели, которые приезжают ко мне в гости. Я не пропаду. – Он ласково провел рукой по ее лбу, словно боялся забыть его очертания. – Мне нужно идти. Ты должна спуститься по лестнице для прислуги в три часа после полуночи. Оденься в дорожное платье, но не бери с собой никаких вещей. Если слуги тебя увидят, они могут доложить Мэнвину.

– Ничего не брать с собой? Даже смену одежды?

– Ничего. Если тебя заметят в коридоре с сумками в руках, то сразу схватят. Не бери с собой ничего, только вот это. – Он вложил ей в руки маленький мешочек.

Элиз сжала его и почувствовала, какой он тяжелый. Монеты и скорее всего драгоценности. То, что можно унести с собой.

– Как долго меня не будет?

– Надеюсь, недолго. Несколько месяцев. Посмотрим. Я сообщу тебе, когда ты сможешь вернуться.

– А что принц Иннес сделает с нами, со всей нашей семьей?

– Элиз, беги, пока можешь, и перестань задавать вопросы. Все это затеял Мэнвин, вот он пусть и расхлебывает. Его проблема, не наша. Ты должна покинуть замок. А мне нужно уходить.

Он наклонился вперед и поцеловал дочь в обе щеки, затем она поцеловала его. Несколько мгновений они сжимали друг друга в объятиях, и Элиз почувствовала, что отец не хочет выпускать ее, не хочет уходить. Но он все-таки заставил себя подняться с кровати.

Каррал быстро пересек комнату и вышел за дверь. Он был слеп и не мог оглянуться.

Элиз взяла свечу и свою сумочку для рукоделия, в которой лежали туалетные принадлежности и ее дневник. Лестница для прислуги была узкой, душной и страшно скрипела. К счастью, подслушивая разговоры служанок, Элиз научилась маленькому трюку – идти нужно вдоль стены, по самому краю, и тогда ступеньки не будут скрипеть так сильно. Но даже тихий звук казался оглушительным в погрузившемся в сон замке.