Камень вокруг ворот украшали символы рыцарей

Камень вокруг ворот украшали символы рыцарей – лебедь и лев, листья серебристого дуба. Сейчас все заросло ползучими растениями, которые опутывали геральдические знаки. Тени за воротами казались зловещими, и никто не решался первым шагнуть внутрь.

Тэм разглядел лестницу, такую же широкую, как и сами ворота, ведущую в самое сердце крепости. Она поворачивала направо, где открытое пространство заливал призрачный тусклый свет, падавший на корни деревьев и раскачивающиеся на ветру папоротники, прижимающиеся к скале.

– Не нравится мне это место, – заявил Бэйори, который стоял чуть согнувшись; раненая рука по-прежнему оставалась плотно прибинтованной к его боку и напоминала сломанное крыло птицы.

Только сейчас Тэм обратил внимание на то, что сделала с Бэйори лихорадка. Мягкие округлые очертания его лица куда-то подевались, уступив место острым углам и жестким линиям.

– Мне тоже не нравится, – согласился с ним Синддл. – Слишком много сражений. Слишком много смертей. Но я все равно должен провести здесь несколько дней.

Он взял в лодке меч и лук, остальные тоже вооружились – теперь они не ходили без оружия – и начали подниматься по лестнице. Синддл, Тэм и Финнол двинулись вперед, шагая рядом, Бэйори, задержавшись на мгновение, неохотно последовал за ними.

На скале были высечены длинные колонки имен Рыцарей Обета – многие из них очень знаменитые. Они произносили их вслух, и хотя большинство ничего им не говорили, в них было что-то величественное.

– Будто читаешь стихотворение, – заметил Финнол. – Длинную, печальную поэму на забытом языке: Холберт а'Дейр, Гилдон д'Ор, Эйбрил Уилле, Тор'он Норр. Даже имена кажутся словами из далекого прошлого, из ушедшей в глубь веков истории – рассказ о Рыцарях Обета, их предательстве и трагедии, последовавшей за ним.

Тэм остановился, чтобы взглянуть на своего кузена, который обычно не был подвержен философским рассуждениям и редко умудрялся сохранять серьезность.

– Я понимаю, что ты имеешь в виду, – сказал он. – Мне даже кажется, что я вижу на фоне тусклого света силуэты рыцарей на конях, под знаменами… Наверное, то были славные времена.

– Да уж, замечательная судьба, – рассмеявшись, проговорил Финнол, – погибнуть в Ледяной крепости! Может, ты хотел бы оказаться на их месте?

Тэм тоже рассмеялся, ему следовало быть умнее и не принимать всерьез слова Финнола. Даже когда тот на мгновение оставлял свои шутовские манеры, никому не позволялось это замечать.

Через несколько минут печальный список имен остался позади, и четверка путников оказалась среди руин древней цитадели. Некоторые сооружения продолжали стоять, например, массивная внешняя стена в основном осталась целой, только восточная ее часть рухнула в реку в том месте, где ее разрушили войска Реннэ. Мох и вьющиеся растения оплели развалины, головки цветов печально трепетали на ветру. На бастионах даже выросли деревья.

– Башня у моста Теланон кажется такой жалкой, – пробормотал Бэйори, который опасливо замер на своем месте, готовый в любой момент броситься назад, к лодке.

– Да, а ведь это не самая большая крепость рыцарей, – сказал Синддл. – На юге они построили две величественные цитадели: Облачный Дом и Орлиный Утес. Облачный Дом еще стоит и поражает воображение, как и многие века назад. Я там побывал и даже посмотрел со стен вниз, на равнину. Создается ощущение, что здесь тебе ничто не угрожает, ведь никакая стрела сюда не долетит. Однако история учит нас, что любая, даже самая неприступная крепость может пасть. Ледяная, например, разрушена, хотя и стоит высоко на скале, на острове, затерянном среди дикой природы. Реннэ даже не сумели доставить сюда осадные орудия.

Вскоре друзья оказались на вершине холма, откуда открывался вид на кучи мусора и обломков, лежащих на дне реки.

– Агннел и Ганн стояли именно здесь, пытаясь не пустить Реннэ в крепость. Говорят, что камни внизу стали скользкими от крови, – Алая скала, так ее назвали, хотя это вовсе и не скала. Похоже, большая часть цитадели рухнула в реку.

День клонился к вечеру, когда исследователи вернулись к своей лодке. Они затащили ее в растущие на берегу кусты, чтобы скрыть от посторонних глаз, взяли все необходимое для лагеря и снова поднялись наверх, туда, где часть стены рухнула в реку. Здесь они развели костер, опасливо наблюдая за удлиняющимися тенями, бродящими среди безмолвных и неподвижных деревьев. Река Уиннд, приняв в свои объятия реку Дирр, стремительно неслась на юг, на юго-востоке горизонт омрачала темная полоска туч.

Тэм обратил внимание на то, что Бэйори ведет себя непривычно тихо. Да, конечно, рана на время лишила его одной руки, но Тэм полагал, что он станет собирать с ними ветки для костра – или вообще займется чем-нибудь полезным. Бэйори сидел неподвижно и ничего не делал. Тэму казалось, что скорее река повернет вспять, чем произойдет такое.

– Как ты думаешь, почему Реннэ стали предателями? – спросил Финнол у Синддла.

Собиратель преданий переворачивал над углями двух зайцев, надетых на вертел