Моя троюродная сестра - мастер спорта международного класса по художественной гимнастке.
В 1980 году, будучи совсем юной девушкой, она принимала участие в церемониях открытия и закрытия Московской Олимпиады.
В Москве тогда была невероятная чистота и тишина. Улицы будто вымерли. Я был маленьким, но кое - что помню.
Всякий неблагонадёжный элемент - как - то бомжей, проституток, тунеядцев, алкоголиков и прочих отвратительных типов асоциальной наружности - услали за 101 километр.
Обычным же гражданам, тем, кому на время Олимпиады выпал отпуск, через трудовые коллективы было настоятельно рекомендовано куда - нибудь выехать на это время.
Мы и выехали на море. К родственникам.
Церемонию закрытия смотрели всем колхозом.
Когда девушки - гимнастки начали выделывать свои пируэты на поле Лужников,дядька, помню, сказал :
- Ирка наша тоже там где-то скачет.
Я влез с ушами в экран, но Ирину так ни в ком и не признал.
Все, конечно, были тронуты тем, как попрощался с нами олимпийский Мишка, и как он улетел под грустную песню. И как он плакал на трибуне, слеза катилась у него.... помните?
Я - плакал, ладно, мне восемь лет было. Женщины плакали-тоже ладно, на то они и женщины. Но и у мужиков слёзы в глазах были.
Правда - правда, сам видел.
Вот всё, что касалось Мишки меня живо интересовало.
Вот как это так сделали, что он плакал на трибуне?
Конечно, я спросил у сестры, как это было?
И Ирка... пардон, Ирина Анатольевна, объяснила, что там, на этом секторе трибун, сидели солдаты с разноцветными дощечками и флажками, и синхронно меняли их в определённом порядке . И получались разные картинки. В том числе и слеза..
И мне очень это понравилось!
Вот какие молодцы наши солдаты!
Московская Олимпиада была, безусловно, очень значимым и ярким событием. И её ещё долго все обсуждали.
И когда я слышал, как кто - то кому - то рассказывает про секрет Мишкиной слезы, и говорит :
- Там на трибуне сидели люди с флажками, и...
я всегда перебивал и поправлял:
- Не люди, а солдаты!
Вот! Мне 8 лет было! Всего!
А через 10 лет меня призвали на службу.
*****
Меня призвали в 1990, в декабре.
К тому времени отношение к армии сильно изменилось в худшую сторону.
Страницы газет и журналов просто пестрели публикациями на тему армии. Почти сплошь они носили негативный оттенок.
Из них выходило, что солдат - вообщем - то, не человек.. особенно молодой солдат. Это такой бесплатный строитель дач для генералов, груша для битья для дедов, и абсолютно бесправное существо для офицеров, одни из которых погрязли в пьянстве, а другие шли по любым головам, строя карьеру.
Читать я всегда любил , ну и начитался.
Друзья - приятели, ровесники - кто - то с абсолютным фатализмом ожидал призыва, кто - то судорожно искал способы откосить.
Не скрою, что и я предпринял не одну попытку закоса, благо что предпосылки к тому имелись. По медицинской части.
В моём военном билете во фразе " годен к строевой службе" перед словом " строевой" было оставлено место, чтобы можно было вставить туда " НЕ".)) Военкомат страховался, но таки взял верх и я отправился служить...
*****
Конечно же, в армию я приехал в соответствующем настроении - настолько мрачном, что, наверное, это можно было назвать дипрессией.
И всё я ждал, когда же со мной перестанут уже обращаться, как с человеком. Пусть уже скорее наступит этот момент, чтобы всё уже встало на свои места.
А то офицеры никак не начинали бухать до чёртиков и разговаривали вполне по человечески. Разве что мата было на порядок больше, чем на гражданке, но в целом - я их понимал.
Вот же, блин, лицемерие, думали мы, новобранцы. Это поначалу они пытаются казаться нормальными людьми, но потом - то начнётся...
Потом вдруг выяснилось, что у офицеров такие же человеческие детёныши, какими были и мы лет 15 назад. Они иногда приводили их в часть,как обычные люди, которым не с кем сегодня оставить ребёнка, и они берут его с собой на работу.
Стало интересно, а какую карьеру может выстроить вот тот старший лейтенант,замполит роты, у которого к 25 годам все зубы вставные и ребёнок родился с патологией. Это потому, что в небе висел постоянный смог от отходов множества химкомбинатов, стоявших в городе.
И подумалось:да по большому счёту - никакую. Максимум - подполковник.
А потом оказались волей случая дома у взводного. Да, это была новостройка, почти как в Строгино в Москве. И санузел там был раздельный, да. Но в квартире была только одна маленькая комнатка, там жили они с женой и двое маленьких детишек.
И при этом..
Я не могу говорить за все Вооружённые Силы. И даже за все Внутренние Войска не могу.
Но уж за то, что видел своими глазами - точно имею право.
При этом они возились с нами, как с детьми, едва ли нам сопли не подтирали. И от дедов оберегали, так же, как потом оберегали от нас, ставших уже дедами, молодое пополнение. Создавалось впечатление, что выходных у них просто не бывает, потому, что все ротные офицеры постоянно маячили в расположении. Казалось, что домой они и не уходят, а живут тут же.
Откуда у них брались силы, время, а главное - желания всем этим заниматься?
*
А дедовщина была, конечно. Куда ж без неё. Но и тут оказалось всё не так страшно, на самом деле.
А если б мы, молодые, умели стучать командирам, то, возможно, и она б сошла на нет. Со временем. Когда нибудь.
Но мы не умели...
А если кто-то, очень редко, всё же приобретал такие навыки, то да - для него дедовщина практически заканчивалась. Но начинался жёсткий уставняк. И ещё можно поспорить - что лучше.
*****
И как - то со временем, когда первый шок прошёл, когда я обвыкся-пришло понимание, что всё не так уж и страшно.
И кругом - люди. И сослуживцы твои, иногда даже с трудом понимающие твой язык, и командиры, и даже деды,которых боялся я на гражданке больше всего - тоже люди. И при желании с большинством можно найти общий язык. А меньшинство... что ж, оно везде есть. В семье - не без урода.
И, главное, делом заняты были. Всегда. Серьёзным. Зону охраняли. Кто то считает - не слишком почётно. Кто то даже - позорно.
Да и хер с ними...
Правда, вот дачу ни одному генералу, ни даже какому нибудь полковнику, построить не удалось.
И вообщем, считаю, что отношение к нам со стороны командования было абсолютно нормальным, а опека, особенно, на самых первых порах - едва ли не чрезмерной.
Так что месяца через три службы я утвердился во мнении, что солдат - тоже человек! Ибо скотского отношения к себе я так и не увидел за все два года.
Нет, разное, конечно,было - и трудно было, и лишения всякие, а как же... Ну так это ж армия, а не детский садик...
*****
Месяцев за пять до дембеля мама прислала мне вырезку из газеты с приказом министра обороны. По моему, тогда это был Маршал Авиации Шапошников. В приказе приведён перечень заболеваний, по которым призывники освобождались от службы. Получалось, что по двум из них можно было попробовать комиссоваться.
Не скажу, что я прям сразу написал ответ, что, мол,не надо. Нет, я подумал.
И пришёл к выводу : служить то осталось - начать и закончить.
Зачем суетиться?
И так и дотянул свою лямку.. человеком, как мне кажется...
БЛАГОДАРЮ за ВНИМАНИЕ!
ВСЕМ ДОБРА и УДАЧИ!!