От литературной жизни я с некоторых пор весьма далека, но тема с проплаченными авторами рецензиями и прочими услугами уж больно "моя".
Леонид Абрамович Юзефович в одном из обсуждений употребил точное словечко — симония.
Для тех, кто не в курсе, симония — это торговля церковными должностями, реликвиями, "благодатью"; была очень распространена в католической Европе накануне Реформации и послужила одной из ее причин.
Те, кого возмущает торговля номинациями, возможностями, мнениями в литературе, относятся к писательскому дару если не как к роду благодати, то как к чему-то сакральному.
Подобное отношение традиционно для ряда культур — кельтской или, в определенной степени, иудейской, перешло оно и в христианские культуры, но лишь отчасти, распространяясь собственно на Священное Писание и богослужебные тексты.
Распространение сакральности на светскую литературу в России началось с 19 века, в пору общественного и религиозного кризиса, и укрепилось в советскую эпоху, когда литература стала родом интеллигентской религии.
Это краткая предыстория.
Что же сейчас? Сейчас у нас вроде как капитализм и рынок, да и церковь на своем месте, так что предпосылок к сакральности литературы вроде бы особых нет.
Но есть два практических фактора, помимо традиции русского литературоцентризма.
Первый — грамотный письменный текст по-прежнему представляет собой наиболее емкий тип сообщения человеку — не только о мире (с этим еще лучше может справиться формула), но и о нем самом. Когда я вижу миллионы просмотров видео, я не понимаю, откуда у людей столько времени потреблять информацию в этом формате, даже если они смотрят на двойной скорости. В любом случае потребитель видео получает за то же время меньше информации — как фактической, так и эстетической, и эмоциональной — нежели читатель.
Второй — социальный. Подавляющее большинство людей, занятых литературой и сейчас настаивающих на вычитании из нее всякой сакральности, на условном равенстве "Войны и мира" и успешного поста в фейсбуке, взвоют первыми, вычти из их занятия эту сакральность по-настоящему. Потому что тогда в сухом остатке осядет дело далеко не первой необходимости, не требующее, как выясняется, ни особых навыков, ни особых дарований, — ну, если пост в фейсбуке и ВиМ суть одно, — то есть род услуги сферы развлечений, да еще и услуги не особенно популярной.
Так что идеалисты, ассоциирующие торговлю литературными возможностями с симонией, оказываются самыми что ни на есть прагматиками, — что, впрочем, в истории случай далеко не редкий.
Что касается конкретного сайта с платными рецензиями для авторов и сопутствующей "демонстрацией возможностей" — номинации на премии, публикации, etc — он, к сожалению, просто продемонстрировал нравы, уже довольно продолжительное время господствующие в литературной среде. То, что практиковалось на неформальном уровне, было формализовано и вывешено, буквально, в виде прайса. И оказалось, что выглядят эти практики не очень красиво. Но они же существовали де-факто и до этого! То есть в буквальном смысле "неча на зеркало пенять".
Понятно, что никакой род человеческой деятельности не существует без материальной составляющей. Но в этой части, как нигде, хороша ясность — за что именно один человек платит деньги, а другой получает.
Преподавание, экспертное консультирование, пиар — все это конкретные услуги, которые могут и в большинстве случаев должны оплачиваться. Но тут получилась именно что попытка скрестить вола и трепетную лань: оплаченная автором рецензия (экспертное консультирование) может (или должна?) повлечь пиар под раскрученным именем критика, публикацию в подконтрольном ресурсе и/или номинацию на премию (как следствие или за отдельный прайс?)
"Мутность" воды современного литпроцесса, уже привычная его участникам, сыграла здесь злую шутку — когда клиент не совсем понимает, за что ему предлагают заплатить, а исполнитель выглядит не продающим конкретный вид услуги, но продающимся со всеми регалиями и потрохами.
Итак, привычный для многих литераторов ход мысли, когда благожелательная рецензия успешно конвертируется в номинацию на премию, а номинация — на голос в жюри, будучи выставлен на всеобщее обозрение, да еще с ценником, выглядит как-то н е о ч е н ь.
Так что в целом мне вся эта история видится скорее позитивной — вроде как луч солнца, упавший в заболоченное озерцо. То, что обитатели озерца сами выплыли под этот луч — погреться, вызывает у меня даже род сочувствия. Мне хорошо известно, что сакральность своего занятия, увы, на хлеб не намажешь. Нужно ли в таком разе менять ее на непрозрачный и скорее всего невысокий прайс — это уже каждый решает для себя.
Наталия КУРЧАТОВА