Глаза Великой княгини сверкали, словно у кошки. Она потребовала подавать карету, потому что собирается в театр. Конечно, Екатерина знала, что у супруга совсем другие планы. Планы на её фрейлину, Елизавету Воронцову. И с большой радостью собиралась помешать. Карета была всего лишь поводом.
То, что в семье престолонаследника иногда гремят грозы и случаются молнии, в Петербурге понимали хорошо. Пётр Фёдорович и Екатерина Алексеевна не скрывали, что друг друга едва выносят. «Запасная мадам», «Мадам Ресурс» - так называл Великий князь свою жену. И выказывал гораздо больше внимания фрейлине Великой княгини, Елизавете Воронцовой.
Вкус Петра вызывал недоумение. Воронцова, дочь графа Романа Илларионовича, не считалась при Дворе ни красавицей, ни умницей. А уж по сравнению со своей сестрой княгиней Дашковой - вообще какое-то недоразумение. Екатерина «проходилась» по пассии мужа от души:
«С оливковым цветом кожи, а после перенесённой оспы стала ещё некрасивее, потому что… лицо её покрылось… рубцами».
В отношении Екатерины к фаворитке мужа не было ни капли ревности. Она никогда не любила Петра, но его шуточки, его периодические выпады в свой адрес раздражали её. За годы брака всё, что нравилось Великому князю, стало вызывать у Екатерины неприязнь. Однако им обоим следовало сохранять хотя бы видимость нормальных отношений. Дети, родившиеся в этом союзе – Павел и Анна – были официально признаны Петром. Хотя об их происхождении болтали всякое.
Но Воронцова внезапно стала препятствием. Пётр так явно выказывал своё расположение к этой молодой особе, что Великая княгиня забеспокоилась. Муж – будущий император. А если он, взойдя на трон, решит развестись с ней, с Екатериной? Чтобы взять в жёны нескладную фаворитку? Великой княгине уже намекали, что Пётр как-то обмолвился об этом… Следовало сыграть на опережение.
Однажды в феврале 1759 года Екатерина узнала, что супруг планирует пригласить к себе Воронцову. И тут же потребовала закладывать карету. Если Великая княгиня собирается куда-то, фрейлинам следует её сопровождать. Это в корне поменяло бы все замыслы Петра: дочери графа пришлось бы провести вечер в компании Екатерины, а вовсе не рядом с Великим князем.
Пётр на требование жены ответил просто: запретил отдавать карету Великой княгине. Прождав с четверть часа, Екатерина послала графа Шувалова узнать – выполнено ли её требование? А когда поняла, что экипаж не сдвинулся с места, начала говорить всё громче и громче. Великая княгиня бушевала. Она припоминала все неприятности, которые постигли её с момента прибытия в Россию и собралась немедленно написать императрице. Излить, как говорится, накипевшее. Карета была всего лишь поводом.
«Я села писать свое письмо по-русски, - позже делилась Екатерина, - и сделала его… трогательным… Я благодарила её за все милости… и что навлекла на себя ненависть Великого князя… раз меня лишают даже самого простого времяпрепровождения… и я убедительно прошу… отослать меня к моим родным».
На письмо не последовало ответа. Екатерина ждала напрасно. Она каждый день пыталась узнать, назначена ли аудиенция у императрицы, но Елизавета Петровна хранила молчание. Великая княгиня старалась зря.
Проведя в переживаниях несколько недель, Екатерина почти ничего не ела, и, наконец, изрядно похудела. Однажды ей стало так нехорошо среди ночи, что к Великой княгине немедленно вызвали лекаря. Однако Екатерина попросила позвать священника – якобы, больше ей ничего и не нужно. Граф Шувалов, которого сразу же оповестили, что произошло у жены престолонаследника, отправился к императрице. На этот раз всё получилось: Елизавета Петровна решила принять Екатерину.
А что же Великий князь? А он, узнав, что жена пребывает не в самом добром здравии, дал обещание Воронцовой – что он возьмет её в законные супруги, едва Екатерины не станет. Эти слова были услышаны. И тотчас переданы Великой княгине.
Представ перед императрицей, Екатерина бросилась ей в ноги. Просила отправить назад, говорила, что верит: милостивая Елизавета Петровна позаботится о её детях. Но в своём нынешнем положении пребывать больше не может.
Конечно, никто бы не отправил Екатерину обратно в Ангальт-Цербст. Пошли бы разговоры, да и в Европе не оставили бы этот случай без внимания. Это знала и самая Великая княгиня, и императрица Елизавета Петровна. Но обе отлично сыграли свои роли. Государыня пожурила Екатерину, та пожаловалась на фаворитку. Но Елизавета Петровна дала понять Великой княгине, что заменить её некем. И Воронцова не может претендовать на её роль.
Однако Екатерина уверилась – супруг совсем не шутил. И несмотря на расположение государыни лично к ней, размышляет о возможности жениться на Воронцовой.
Карета была поводом, чтобы рассердить Великого князя, а стала важной вехой в истории России. Великая княгиня поняла, что императора Петра на троне допустить просто не может. Оставалось ждать и вынашивать планы. И, как мы знаем, Пётр III в итоге на троне не задержался.
#наука #история россии #семейные отношения #императоры #женщины
Подписывайтесь на мой канал Ника Марш!
Лайки помогают развитию канала!