Шел третий день пребывания Юльки с Артемом в отеле.
На следующее утро, когда они спустились в столовую к завтраку, к ним подошла старшая официантка и сказала, что с сегодняшнего дня она с сыном должна сидеть за столом с другой семьей, из Армении.
Конечно, новость ей не понравилась: чужие, незнакомые люди. Артемка шебутной, как-то они на него отреагируют? Но возражать не стала. Просто прошла к большому столу, за которым сидела семья с двумя уже взрослыми детьми.
- Доброе утро! - Юлька улыбалась, но за столом все переглянулись и ответил только глава семейства:
- Здравствуйте!
Мужчина выглядел вполне приятным, симпатичным, немного грустным товарищем. Его супруга чисто внешне была хорошо ухоженной, отлично одетой дамой, вся в кольцах, с тяжелой золотой цепью на шее. Кого-то вероятно, смутил бы её взгляд: высокомерный, даже презрительный, которым она окинула Юльку, а потом не менее презрительно посмотрела на Артема.
Конечно, наша Юлька осознала: ей и её сыну за этим столом не рады. Но многие годы, проведенные в семье свекрови, научили её скрывать свои чувства. Поэтому она, продолжая улыбаться, усадила за стол сына, а потом села и сама.
Мужчине, похоже, понравилось, что Юлька никак не отреагировала на поведение супруги и, вероятно, чтобы как-то разрядить обстановку, сказал, указывая на супругу:
- Это Мери, моя жена! А меня зовите Аврам, - Юлька, продолжая улыбаться, кивала головой, - а это наши дети: дочь Виктория, ей 12 лет и сын Гарик, он у нас взрослый уже. Ему 18 лет!
- А я Юлия! И это мой младший сын, Артем! Есть еще и старший сын, Илья и дочь, Машенька... Они с мужем где-то застряли. Мы ехали с автобусом, они ехали в нашей машине следом, но что-то с машиной случилось и теперь не знаю, где они и что с ними...
Совершенно непроизвольно глаза Юльки увлажнились, а потом и вовсе хлынул поток слез... Мери, которая до этого всем своим видом показывала свое недовольство, протянула салфетку!
Да, эта салфетка чем-то напомнила белый флаг перемирия. Теперь и Мери начала расспрашивать, как это все случилось. Юлька рассказывала.. Дети слушали с округлившимися глазами, а в глазах их матери уже явно сквозило сочувствие. Вроде как всё налаживалось, но в какой-то момент Мери совсем не к месту, заявила:
- Вот это разве греки из Грузии? Они же мусульмане! Говорят на турецком! Не понимаю, каким образом они попали в эту программу?
Юлька удивилась... Она - то знала почему грузинские греки говорили на турецком. А этой женщине, похоже, было непонятно. Кажется, можно объяснить...
- Я сама, как вы, вероятно, догадываетесь, русская. Но мой муж-грек из Грузии. Его семья говорит по-турецки, потому что их прадедам когда-то пришлось бежать из территории Турции. Они утратили греческий, т.к. иначе им пришлось бы отказаться от своей веры. Эти люди предпочли отказаться от своего языка в пользу веры. Полагаю, что это был достойный выбор!
Супруги переглянулись... Мери сказала, немного подумав:
- Мне об этом ничего не известно... Знаешь, мой муж-армянин. Я-гречанка. Ты же слышала, что у нас было страшное землетрясение! Так вот для пострадавших от этого землетрясения эта программа тоже работает. Здесь, в отеле много семей чисто армянских. Но мы, - тут Мери горделиво поправила прическу,- в программе, как всем грекам положено. Я-то гречанка!
Не удержавшись, она опять кинула высокомерный взгляд на Юльку, но тут же спохватилась... Было видно, что ей пришлась по душе эта русская красавица. Более того, в ней явно пробудилось желание покровительствовать этой совсем ещё юной женщине...
После завтрака Мери пригласила Юльку к себе в номер, и та не стала отказываться.
- Знаешь, здесь, в отеле, много наших земляков из Армении. И они, как бы это тебе сказать... Недостойные люди! Не связывайся с ними!
- Мери, не совсем понимаю... В каком смысле: недостойные?
- Да вот в том самом! Вот смотри: я-педагог! Всю жизнь работала в нашем городе директором школы. Аврам был завотделом агитации и пропаганды в Горкоме партии. Ну? Понимаешь? Кто они и кто мы?
Нет. Юлька не понимала. Какая разница, кто где работал? По логике, выходит, здесь, в Греции, все на равных правах. И, также, было совершенно непонятно: а какие-такие привилегии перед этой небожительской семьей у неё, у Юльки?
Так и спросила!
Но Мери смотрела на неё с таким неподдельным удивлением! Нет, эта девочка реально ничегошеньки не понимает в иерархии! Но как же ей объяснить про расслоения классов? Что между ними есть непробиваемая оболочка. Что она, Мери, снизошла до общения с ней, простой, но такой мудрой и тактичной девушкой...
Нет. Не поймет. Ну и не надо... Сегодня, впервые за месяц проживания в отеле, Мери нашла человека, с которым может позволить себе общаться. И теперь нет никакого желания терять её.
Поэтому она улыбнулась и просто махнула рукой:
- Ах, ладно, забудь! Мы же с тобой друзья?-и Юлька заметила промелькнувший страх в глазах этой немного странной женщины. Она явно желала её дружбы. Так ведь Юлька и не против!
- Конечно друзья,- она встала,-нам пора! Артемку отведу в игровую комнату...
А в игровой комнате Юльку обступили женщины из Армении. Их остро беспокоил вопрос: как это она умудрилась найти общий язык с этой мегерой? Да, да! Иначе Мери никто и не называл! Все наперебой рассказывали, как эта дама не допускала никого за их стол. Выживала всех, а вот её, Юльку, каким-то образом оставила! Одна так и сказала, смеясь:
-Может ты какое-то слова волшебное знаешь?
Но она не знала, что можно ответить: просто говорила и всё тут!
В этот день случилось ещё два события.
Первое событие заключалось в том, что дети во дворе увидели большую черную змею и закидали её камнями. А когда все собрались к обеду в холле отеля, стали свидетелями необычного происшествия: огромная черная змея кидалась на стеклянную входную дверь! Зрелище было жутковатое, так скажем. Прибежала хозяйка отеля и, узнав, что дети забили камнями насмерть такую же, отругала мальчишек, объяснив, что эти две змеи уже очень долго жили на территории отеля. И никого никогда не беспокоили, да и их никто не беспокоил. А змеи умеют нападать на обидчика их пары... Вот и ломилась в отель змея, в поисках этого самого обидчика...
А второе событие случилось уже к вечеру: Юльку позвали к телефону на рецепшион. Звонили из пункта приема репатриантов, уточняли, там ли находится она с ребенком. Потому что приехал Гена со старшими детьми и теперь его направляют на воссоединение семьи в их отель!
Юлька думала, что от счастья у неё просто остановится сердце! Странно, но она плакала... А все вокруг собрались, старались успокоить её: ведь теперь-то всё у них будет хорошо! Зачем же плакать? Потихоньку в холле собрались все: всем не терпелось посмотреть на это самое воссоединение семьи...
Как оказалось, эта тема не сходила с уст постояльцев с момента приезда Юльки. Шептались о вероятных проблемах, о невозможности скорой встречи, о том, что он, Гена, просто не догадается обратиться в этот пункт... Короче говоря, всей толпой не поленились пройти с километр навстречу застрявшей по дороге семье...
А потом Юлька, обнимая Илью и Машеньку, шла пешком со всеми теми, кто пожелали поприсутствовать при встрече семьи. На радостях все горланили песни, кто-то даже умудрялся приплясывать, а Гена посадил в машину желающих и поехал оформляться...
В этот день хозяйка отеля, поддавшись на всеобщее веселье, раздала всем по кусочку торта.
И вот еще маленький штрих.
Шел декабрь, и эта самая хозяйка отеля обзванивала все организации, предприятия и практически каждый день приезжали какие-то спонсоры с подарками для детей, везли продукты, сладости, школьники приезжали с концертами... Что и говорить: внимания было больше гораздо, чем они того заслуживали, потому что между собой все жаловались на зыбкость положения. Что будет дальше? Не может ведь продолжаться вечно такая жизнь?
И только Юлька, впервые в жизни почувствовавшая свободу, была искренне счастлива:
- О чем страдаем,- говорила она женщинам, -наслаждайтесь каждым днем! Никто не знает, будем ли мы иметь когда-то возможность просто так отдыхать в таких условиях? Расслабьтесь и старайтесь получать удовольствие!
Любили Юльку все!
Даже пройти по коридору спокойно не давали: кто-то затаскивал её в свой номер и оттуда очень скоро начинался хохот, туда же устремлялись все желающие. Горланили песни, рассказывали анекдоты, иногда просто варили кофе и болтали. И, конечно, заводилой была именно она, Юлька! Годами сдерживаемая жизнерадостность теперь из неё просто рвалась наружу и ей страстно хотелось, чтобы и все вокруг были счастливы!
Продолжение здесь!
