Люба вдруг так испугалась, что у неё вся жизнь перед глазами пролетела. Что касается Степана, то мужчина лихорадочно соображал, что делать. У него, как минимум, был один вариант действий — взять весь удар на себя. Ведь опасность угрожала как ему, так и сестре с племянником.
Однако Любовь первая перешла к действию. Она взяла телефон и стала лихорадочно набирать на нём цифры, снова сбрасывать и набирать.
— Что ты делаешь, Люба? — сразу спросил брат.
— Звоню в полицию.
— Остановись. Не надо, прошу.
— На каждого бандита есть своя управа! — возразила сестра. — Пусть они этим занимаются. Я так больше не могу. Я устала.
— Ты что, хочешь привлечь к нам внимание? Хочешь, чтоб меня погубили?
Люба задумалась. Ей было страшно за брата. В конце концов, бандит мог просто прийти к ней на день раньше, чтобы напомнить о долге и попугать...
— Тогда реши уже что-нибудь сам, Стёпа!
— Придерживайся плана, сестрёнка. Открой ему дверь и передай сорок тысяч долларов, которые я тебе принёс.
Женщина перестала спорить. Возможно, брату было виднее, что происходит. Он не паниковал, не истерил. Со стороны, действительно, так казалось.
— Что это? — спросил верзила, когда Люба его впустила в квартиру и протянула деньги.
— Это всё, что я успела собрать за шесть дней, — смело ответила она.
— Здесь даже половины нет, — поднял голос мужчина.
Тогда молодая отчаявшаяся женщина прошла на кухню, достала заначку и сунула ее бандиту в придачу.
— Вот, у меня больше нет ни копейки! Я продала все свои драгоценности, дорогие вещи! Даже детскую коляску!
— Да мне по барабану, девонька! — Верзила приблизился к Любе почти вплотную.
— Послушайте, вы издеваетесь?! — возмутилась одинокая мать. — Мне ребёнка нечем кормить, моего брата убили, отец в больнице лежит, а вам всё мало! Только Бог всё видит, и обязательно вас накажет!
— А вы меня не пугайте, — неожиданно стал вежливым мужчина. Казалось, он вошёл в положение молодой женщины. — У меня таких, как вы, на дню по десять человек. Сначала жируют на чужие деньги, а потом претворяются сиротами и смертельно больными. А я действую в интересах конторы. Взяли — верните.
— А я у вас ничего не брала, — так же спокойно ответила Люба. — И не надо меня тут стыдить. Ишь, нашёлся!.. Я, между прочим, не обязана отвечать за поступки взрослого брата, который ещё и старше меня, к тому же. Так что вы не имеете права!
— Да мне плевать! Старше он тебя, младше... Главное, что вы родственники. — Верзила схватил Любу за плечи. — В общем так, ищи недостающую сумму, где хочешь. Хоть квартиру продавай, мне всё равно. — Бандит приоткрыл входную дверь, чтобы выйти. — Ищи, или будет хуже.
— Ты слышал, Стёпа, что он сказал? — спросила брата сестра после того, как ушёл незваный гость.
— Я всё слышал, сестрёнка. Ты молодец, всё правильно сказала...
— Да причём тут это! — перебила Люба. — Он сказал, что будет хуже! А ты сидел в комнате и молчал.
— Я придумаю что-нибудь. Обязательно придумаю.
Брат попытался обнять сестру, но та его оттолкнула.
— Уходи.
***
Любовь надеялась, что получив деньги, бандиты хоть ненадолго оставят её в покое, но на следующий же день Виктор — так звали верзилу — снова вернулся к ней.
Мужчина нашёл Любу в парке на лавочке. Женщина сидела там со спящим Костиком и покачивала его на руках. Разыгравшаяся весна позволила матери с ребёнком прогуляться до парка — любимого места сынишки. Однако недоедание и плохой сон сделали своё дело — ребёнок быстро устал и уснул на материнских руках.
— Вот, — Виктор подкатил коляску к скамье, — вам это нужнее.
— Что это?
— Коляска. Вы что, не видите? — Бугай позволил себе присесть рядом. — Вы сказали, что свою продали, но ребёнок ведь не виноват...
— Уходите, мне ваши подачки не нужны, — после недолгого молчания ответила Люба и строго посмотрела на Виктора.
— Послушайте, я же не зверь. Работа такая. Мы не печатаем деньги. Контора одолжила вашему брату кругленькую сумму, но он нас обманул.
— Может, мне ещё вас пожалеть?
— Я просто хотел вам объяснить, что...
— Не нужно. Уходите.
Мужчина молча встал и ушёл.