В день отъезда из города пионер и его родители должны были прибыть в заранее указанное место отправки. Пионеру надлежало быть при полном параде – т.е. в белой рубашке с отутюженным галстуком, брюках (или шортах для более молодых возрастов), пилотке.
При себе пионер имел чемодан с вещами, сбоку которого была приклеена прямоугольная бумажка (или кусок пластыря) с именем пионера и номером отряда. Внутри чемодана также имелась «наклейка» в виде листка с перечнем вещей.
Итак, что же полагалось иметь пионеру, убывающему в пионерлагерь? Парадная форма одежды была на нём в момент отъезда. Кроме того, надо было иметь по крайней мере пару рубах, запасные штаны, треники (лучше двое), несколько маек и трусов, несколько пар носков (у девочек ещё кое-какие нужные вещи), спортивную обувь.
До середины 70-х для всех спортивной обувью в основном были кеды, но позднее появились кроссовки. Особым шиком были кроссовки фирмы «Адидас» (с тремя полосками по бортам).
Также мыло, зубная паста и зубная щетка, банное полотенце, мочалка. Это, так сказать, необходимый минимум. Кроме того, отъезжающие в лагерь пионеры имели при себе пакет с гостинцами (конфетами, печеньем, баранками, пряниками и т.п.).
Фрукты не поощрялись медперсоналом лагеря. Кстати, медперсоналом не поощрялось многое. И не по причине варварской жестокости, а по причине нежелания лишней головной боли – ну их этих пионеров, наедятся абрикосов или черешни, а потом будет массовая дизентерия (в фильме «Добро пожаловать или посторонним вход воспрещен» это хорошо показано).
Прибывшему на сборный пункт пионеру в первую очередь необходимо было узнать номер своего отряда (по вывешенным на стене спискам). Теоретически отрядов должно было быть 10 – по числу классов в школах. Но это не всегда соблюдалось. Если детей было очень много, то отрядов было более 10. И наоборот, если детей было мало, отрядов могло быть 4-6. Численность каждого отряда составляла примерно 30-40 человек.
После того, как пионер узнавал номер своего отряда, ему предстояло пройти блиц-медосмотр, на котором осматривали зев, кожу и волосы, а также проверяли наличие справки от участкового педиатра.
Если всё было в порядке, то пионеру давалось «добро» на заезд, после чего ему необходимо было подойти к регистрационному столу и сообщить о своём прибытии. Далее пионер с родителями направлялся к месту сдачи чемоданов, где его пожитки загружали в специальную багажную машину. Чаще всего этой машиной был открытый, либо закрытый грузовик.
Освободившись от чемодана, пионер подходил к своему отряду и, в ожидании линейки, начинал знакомиться с детворой. Впрочем, делали так не все – некоторые, наиболее стеснительные, стояли в сторонке, бросая робкие взгляды на окружающих.
Те, кто уже бывали в лагере, бурно обсуждали предстоящие каникулы, высматривая знакомых воспитателей и вожатых по прошлому году и гадая, с кем им в этом году предстоит держать осаду, чтобы безнаказанно лазить по деревьям за шишками, пугать девчат и по вечерам шуметь в спальне.
После торжественной линейки и напутствующих речей все грузились в автобусы. Каждый отряд имел свой автобус с номером отряда на ветровом стекле.
Погрузившись в автобусы, все бросались к окнам, и начиналась душераздирающая сцена прощания с родителями.
Отъезжающая колонна обычно состояла из 10 и более автобусов, впереди которых шла машина ГАИ. Эти автопоезда в начале каждого летнего месяца были характерной приметой советских городов.
Замыкали вереницу автобусов автомобили с горой личных вещей пионеров в чемоданчиках с бумажками-бирочками.
Пионерские лагеря находились обычно в одном-двух часах езды от города. Посредине пути колонна делала привал, чтобы мальчики и девочки справили свою естественную потребность (мальчики – налево, девочки – направо).
Как правило, кто-нибудь обязательно терялся, и все дружно орали, вызывая пропавшего из леса. Пропавший оказывался каким-нибудь лоботрясам, ушедшим гулять «по грибы».
За время движения все пионеры отряда обычно уже успевали перезнакомиться. При этом многие знали друг друга по предыдущим годам.
Наконец колонна прибывала в лагерь, где её ждали группа встречающих, состоящая из директора, медработников, поваров и прочего обслуживающего персонала.
Встреча приезжающих сопровождалась игрой музыкантов, либо музыкой из репродуктора. Помимо персонала пионеров ожидала груда чемоданов, которую уже успели выгрузить из прибывшей ранее других багажной машины.
Далее вожатые вели свои отряды в предназначенные для каждого из них корпуса. На этом заезд в лагерь считался завершённым.