Бабушка и Клавдия вышли проводить меня на крыльцо. Я помахал им рукой и пошел вслед за Мотыльком. Но он полетел не обратно в сторону огорода и реки, а к калитке, выходящей на улицу. На калитке не было ручки, я достал свою, оставшуюся еще от спуска по лестнице.
Дверь открылась, пропуская меня вперед, и я оказался на неширокой асфальтированной улице, зигзагами поднимающейся в гору. А калитка плавно закрылась, даже подтолкнула меня, остановившегося в нерешительности.
Эта была совсем другая улица, не улица городка, где жила моя семья. И моя припасенная ручка осталось с обратной стороны двери. Со стороны улицы ручки не было. Замок щелкнул, высокая сплошная калитка словно присосалась, не оставляя щели с проемом.
Я перешел пустынную улицу и посмотрел на наш дом.
Его наполовину скрыли деревья. Из-за них проглядывали окна. Я надеялся еще раз увидеть своих родных, но пустые стекла отражали только улицу. Вряд ли такое вообще было возможно. Скорее всего по фасаду проходила граница, отделяющая мир дома моих родных. Они не могли видеть меня в том месте, где я стоял. Здесь опять начиналась дорога между мирами.
Мотылек повел меня вверх по улице. Я сделал несколько шагов и вступил в ночь. Тысячи огоньков засветились в окнах впереди. А дом бабушки тут же пропал, только темнота преследовала меня, скрывая все, что оставалось позади. А может там уже ничего и не было.
Мотылек попросился в свой стеклянный домик, устроился на росистом цветке и затих. Стеклянная коробочка чуть светилась изнутри. И было видно, как от моих шагов вздрагивали его легкие крылышки. Дорога наверх шла одна, на ней нельзя было заблудиться.
Дома стояли почти вплотную друг к другу. Но за входами в эти дома существовали свои, наверное большие миры, не укладывающиеся в человеческое представление пространства, существующие в других измерениях. Дорога была пуста, и светящиеся окна светились пустотой. Зачем здесь нужен был свет? Быть может только для того, чтобы осветить дорогу одинокому путнику.
На некоторых дверях домов или калитках виднелись ручки. Они словно предлагали открыть их и приглашали зайти в гости, пусть и к незнакомым людям. Несколько раз в раздумьях я замедлял шаг, но Мотылек тут же требовательно и тревожно взмахивал крылышками. И до меня доносилась его мысль: "Нет, сюда нельзя, не тревожь их." И я шел дальше.
Здесь жили, нет, существовали, так будет вернее, миллионы человеческих душ, прошедших свой земной путь. Но это было лишь их временное пристанище, они ждали решения своей дальнейшей судьбы. И мои родственники тоже лишь ждали. И это ожидание у всех было разное, долгое или быстрое.
В этом месте люди все еще обретались в подобии своих тел, с которыми не могли расстаться сразу, не могли расстаться со своими привычками, привязанностями, наконец памятью о прожитой земной жизни.
Эта память должна была остаться здесь, или просто раствориться. Она больше не была никому нужна. А очистившаяся от земной жизни душа начинала другой, неземной путь. И зависел ли выбор этого пути от души, пусть даже и очистившейся от земного?
Я тоже невольно претерпел изменения, оказавшись на поле, окропленный росой, по своему очистившийся. Только в чем меня коснулись эти изменения, здесь, в этом мире, понять было невозможно. Их можно было ощутить в полной мере, лишь вернувшись к прежней, земной жизни. А из этого мира до Земли было очень далеко. И не расстоянием измерялся этот путь.
Так, размышляя, я добрался до самого верха холма, но оглянувшись назад ничего не увидел. Там была лишь темнота, все пропало. Улица, по которой я шел, обрывалась у входа в большое освещенное здание, на фасаде которого висели часы, их стрелки бешено крутились.
Мотылек не просто затрепетал, а замахал крылышками. Мне нужно было туда, в это здание, дверей в которое не было, только закругленная арка, из которой лился приятный желтый свет. Я преодолел несколько ступеней, прошел под этой аркой и оказался в пустом ярко освещенном прямоугольном зале.
Пол зала покрывала перемежающаяся двумя цветами плитка. Только белый и черный цвет контрастом рябили в глазах. Я в волнении ходил по залу и не мог остановиться, не мог выбрать свой цвет.
Это место чем-то напомнило мне вокзал, зал ожидания. Только что или кого мне предназначалось ждать здесь? Мотылек успокоился, а я наоборот затрепетал, почувствовал, что где-то далеко, не здесь, решается моя судьба. Теперь от меня ничего не зависело, оставалось лишь терпеливо ждать.
Продолжение рассказа здесь.
Начало рассказа здесь.
Если вам интересно - приглашаю на мой канал, поделитесь статьей со знакомыми и друзьями в соцсетях. Можно даже поставить лайк - он же палец вверх.