Открываю глаза-реанимация. Не чувствую руку. Проверяю пульс-пусто. Прикасаться к ней не буду. — Так, — прошептала я. —Да, — ответил мне голос, бессмертного. Вентиляционные отверстия исчезли, а я стояла в коридоре, без шапки. Я их закрыла, пока лечилась. Вместо них у меня болтались провода. Как оказалось, они были проводками от моего коммуникатора, но я ими больше пользоваться не хочу. На удивление, этот тоже со мной. Вернее он-то не мой, а моей мамы, которая меня нашла. Иду к маме. Естессно, маме я рассказала не всё. Понятно, что она уже была осведомлена. Итак, мы вместе и отлично проводим время. Мало того, я теперь могу делать всё, что мне захочется, ходить в парк на лыжах, кататься на коньках, летать в космос, а также мастерить что-нибудь своими руками. Мама меня не слишком балует. У неё тоже свои правила. Она ходит в театр, но не часто, потому что у неё есть работа. Поражает, что я могу позвонить кому угодно, куда угодно и прийти домой, когда захочу. Как-то в воскресенье заезжаю