Глава 8. ПЕШКОМ ПО САМОЛЁТНОМУ.
Авиационным специалистам приходилось осваивать разнообразие воинских специальностей, обеспечивая полёты. Так, одно время завезли немцам многопрофильные бомбы-лягушки. Они и посыпались на наши аэродромы. Разбросанные повсюду «лягушки» представляли большую опасность как для людей, так и для самолетов. При малейшем касании «лягушка» взрывалась, поражая осколками.
Команды солдат БАО (Батальона Аэродромного Обслуживания) слишком медленно, как казалось со стороны, очищали от «лягушек» стоянки, рулёжные дорожки и летное поле. БАО были привязаны приказом к «своим» аэродромам и уходили с них в 41-м последними, выпустив или уничтожив базировавшиеся там самолёты. Реконструкция. Командир авиаполка кричит на командира батальона обслуживания: — Почему до сих пор аэродром не очищен от «лягушек», битой и горелой техники? Лётчик среднего роста и сложения, одет в кожаное пальто реглан, хромовые сапоги, гладко выбрит, а подворотничок гимнастёрки сияет белизной. Он только что вернулся из боевого вылета, из-под огня зениток и атак истребителей, из адского пекла над линией фронта. Аэродром в 15-и минутах лёта от ЛБС кажется ему глубоким тылом. — За эту войну ваш полк уже пятый на аэродроме, а я один. Днями и ночами немец бомбит. Когда же мне успеть убрать все эти проклятые «лягушки» и битую технику? Мне кормить вас надо, горючее, и бомбы подвозить, — устало отвечает командир 28 батальона. Рослый, под два метра, одетый в комбинезон — форма пришла в негодность при тушении бензохранилища, а подходящий размер попробуй найти. Щетина сизо-чёрная, хотя брился вчера. — Я буду докладывать в штаб армии, что не могу выполнять боевую задачу! — кричит лётчик. — Докладывайте, — так же тихо отвечает командир батальона. Голос сорвал там же, где прожёг бриджи и гимнастёрку. Где полыхал бензин и рвались немецкие бомбы. С замусоренной полосы лётчик как -нибудь взлетит. А вот без горючего — нет! «Для того чтобы очистить аэродром от „лягушек“, штурман полка Кравец сформировал три команды стрелков-радистов с карабинами. Они прочесывали аэродром и расстреливали обнаруженные „лягушки“ из карабинов с расстояния 30–35 метров. Инженер полка Я. М. Римлянд применил для уничтожения „лягушек“ еще более эффективный способ. Длинный стальной трос он приказал взять за концы мотористам и заставил их волочить трос по аэродрому. „Лягушки“, задетые тросом, подпрыгивали и взрывались, а трос тащили дальше, внимательно пол ноги смотря. Общими усилиями к вечеру аэродром был очищен от „лягушек“ и готов к полетам». Осипов Г. А. «В небе бомбардировщики». Горечь первых поражений и потерь не вызвала у летчиков, штурманов и стрелков-радистов сомнений в том, кто победит в этой войне. Люди искали тактические приемы и способы как выстоять в борьбе с врагом и как его победить. За три с лишним месяца непрерывных боевых действий днем и ночью во взаимодействии с войсками 24-й и 49-й армий полк уничтожил на аэродромах и в воздушных боях 76 самолётов, 86 танков, множество автомашин, артиллерийских орудий, железнодорожных вагонов, солдат и офицеров противника. Полк понес тяжелые потери. От истребителей и зенитного огня противника было потеряно 23 самолета и 55 человек лётного состава. (allaces.ru) Но даже в этот тяжелейший период войны командиры не забывали награждать техсостав. Правда, в наградном листе не упоминали лихую атаку бензовозов, опасались недоверия высших штабников. Медаль «За боевые заслуги» Николай получил за тяжёлый труд по ремонту самолётов. Собрав весь летный состав, командир полка рассказал о положении на фронте и боевых задачах, с горечью сообщил, что 5 октября в Знаменке немецкие танки напали на штабы ВВС 24-й армии и Резервного фронта, где были уничтожены и пропали пятьдесят представлений командования 57-го бомбардировочного полка на награждение личного состава орденами и медалями. Наградной лист. Первая медаль. https://pamyat-naroda.ru/ Сменив за пять дней до десятка аэродромов, остатки полка 10.10.41 г. собрались на аэродроме Дракино, где полк вошел в состав 38 АД (Авиа Дивизии ВВС 49 армии, Западный фронт). К этому времени полк имел 6 СБ в Дракино и один неисправный СБ оставался на аэродроме Липицы. Положение было катастрофическим, фронт трещал. Весь день через аэродром брели в сторону Серпухова на восток разрозненные группы и одиночные солдаты, потерявшие в боях свои части. Заросшие, измученные, в грязных шинелях, с кое-как перевязанными ранами и потухшими глазами, они ничего не просили, только спрашивали, как пройти на Серпухов. 30 Техсостав и всех, кто подвернулся под руку, отправили в деревню Дракино закрывать брешь (дыру!) в обороне. Линия Боевого Соприкосновения поделила Дракино, враги заняли оборону по сторонам улиц. Немцы окончательно выдохлись, тылы отстали, ни горючего, ни патронов, ни еды, ни шнапса. Кричали: рус, не стреляй, мы тоже не будем. Нашим тоже воевать было нечем: снятые с неисправных самолётов авиационные пулемёты и пистолеты. Так и сидели в уцелевших домишках дня три. Подошли на смену сибиряки, технари вернулись на аэродром, починили бомберы и те разутюжили «немецкую» половину деревни. Примечание. Дракино (Серпуховской р-н) — рубеж обороны 49 армии. В пойме р. Ока располагались полевые аэродромы истребителей и бомбардировщиков. Один из объектов показа — памятник летчикам 49 армии, валы древнего города-крепости Лобынска, церковь 17 века. Туристический маршрут: Серпухов — - Дракино — Кременки. Ввиду опасной близости противника и отсутствия сплошной линии фронта, 15 октября 57-му БАП приказали перелететь в Каширу, а затем в Гридино.
С запада хорошо слышался звук выстрелов немецких орудий и гром разрывов, уханье канонады наземного боя. Но осенняя низкая облачность не позволяла взлететь в течение всего дня. Вечером командир полка приказал под каждым самолетом выставить дежурного моториста со спичками и бензином, для того чтобы поджечь самолеты в случае прорыва немцев на аэродром. К счастью, это не понадобилось. За время боевых действий под Москвой инженерами и техниками было эвакуировано с линии фронта шесть подбитых бомбардировщиков и восстановлено после крупных повреждений в боях шестьдесят два самолета. Ко всем бедам похолодало и самолёты в воздухе покрывались коркой льда. Так выглядела посадка обледеневшего бомбардировщика: «Приземляю тяжёлый, покрытый ледяной коркой самолет, на скорости двести километров в час, куда выше посадочной. Бомбардировщик долго бежит и, миновав аэродром, подпрыгивает на пашне. Наконец, мне удается его остановить. 31 Отрулив немного в сторону, выключаю моторы, спрыгиваю с крыла и падаю в изнеможении на жухлую траву. Несколько минут лежу лицом вниз. Вдруг сильный удар о землю около головы заставляет меня вскочить на ноги. „Неужели это сорвалась с держателя двухсот пятидесятикилограммовая фугаска?“ — мелькнуло в сознании. Оказалось, что это глыба льда толщиной до двадцати пяти сантиметров, свалившаяся с передней кромки крыла. После приземления она подтаяла и отвалилась» Г. А. Осипов. А так бывало при жёсткой посадке, на вынужденную — бомбардировщик сел на мокрое поле. Николай с командой туда приехали. Сделали что могли и надо было срочно взлетать. Место посадки уже обстреливала немецкая артиллерия. Но поле было мокрое, короткое и заканчивалось железнодорожной насыпью, довольно высокой. Самолёт облегчили как могли. И залезли внутрь все. И экипаж, и техники. Разогнались на взлёт. Впереди была насыпь. Самолет оторвался от земли и перетянул насыпь на высоте очень маленькой. Николай был втиснут в кабину под штурмана, лежал на прозрачном остеклении «фонаря кабины», и видел он рельсы на расстоянии вытянутой руки. Вот тогда они все хором Богу молились. При разбеге и взлёте. Как умели. 32 Жёсткая посадка. Free internet 19.11.41 г. личный состав без материальной части был выведен на переформирование. До апреля 1942 г. полк комплектовался личным составом в Казани. Однако передохнуть довелось не всем.