Ждал ли он окончания своей истории или же истории мира неизвестно. Однако столкнулся именно со вторым. Течение реки резко обрывалось на линии горизонта, за которой было одно сплошное ничто.
То ничто, которое многими расценивается понятием "скучно". Именно его бояться ученые мира сего, ожидая после смерти мать энтропию, не объясняющую ничего.
Мужчина выключил двигатель, оставляя на поруки движения лишь силу подталкивающей вперед его яхту воды, целеустремленную ровно вперед.
Волк спал беспробудным сном. Судя по всему, ему снился сон про дремучий лес, что породил его и его сородичей, ныне оставивших сей мир и ушедших в иные сферы.
Причала так и не было видно. А может быть, его и не существовало никогда.
Сделав глубокий вдох и слегка размяв правой рукою шею, что подзатекла после столь долгого Пути, мужчина стал ждать неизбежного.
По коже проносилась дрожь, устремляясь к глубинам мышц и сухожилий. Легкий мандраж ощущался в руках и ногах. А сердце напротив проняло прилив бодрости и благости, находясь в наиболее адекватном режиме своего биения.
Несмотря на ожидания и цели, сведенные в этот момент на встречу с предопределенным, яхта стала много замедляться, пока и вовсе не остановилась. При этом течение продолжало двигаться к краю земли и за его пределы, судя по всему ниспадая где-то вне границы мира на что-то подобное черепахе. Что там на самом деле - было не ясно. Это и хотелось узнать.
Ведь остались только два желания во всем его сознании: найти причал или уйти за границу.
Увы, но судно не двигалось. Мели не было обнаружено, ни невооруженным, ни вооруженным глазом.
Даже включение моторов и выведение их крутящего оборота на максимально допустимое значение не изменило картинку происходящего.
- Волк, проснись. Мы почему-то встали и не движемся. - Протараторил человек.
Волк не отвечал, продолжая видеть сны о своих великих предках, царствовавших на планете еще в период мезозоя.
Мужчина достал бутылку с виски и разок смочил им горло, немного сводя бровные дуги навстречу друг к другу, не осмеливаясь посмотреть на правду происходящего и лишь создавая вид, что он что-то усиленно анализирует.
Шел второй час простоя. Подобие солнечных лучей, которые, как еще недавно, казалось, встретили его на границе реальности, по факту оказавшись отбликом бессмысленной пустоты, нервно игрались с бегущей водной поверхностью. Пот проступил на лбу, уже окончательно смягчив бровные судороги, заставляя их находиться в чрезмерно уставше расслабленном состоянии.
Волк спал, даже не ведя ухом на попытки его разбудить.
- Что за напасть такая? - Поинтересовался мужчина неизвестно у кого неизвестно для чего.
Ответа не последовало. Не последовало даже вопроса на вопрос или едкого комментария от недр его бессознательного. Простой рабочий тупняк, лишенный образа перекати-поле.
И вот когда уже тело вконец ослабло, а бутылка алкоголя была выедена без признаков опьянения, послышался треск листвы, опавшей с могучих деревьев по правую руку от судна.
Человек медленно повернулся, направляя внимание в ту сторону, откуда был издан звук.
На берегу стоял причал. До него можно было прямо-таки допрыгнуть при желании.
- Если хочешь, прыгай. - Зевающим голосом пробормотал спросони волк.
- И что тогда будет?
- То же, что и всегда - что-то.
- Так может быть мне не стоит туда прыгать?
- Так не прыгай. Ты сам определяешь свою Судьбу. А уже после этого или, что нередко бывает наоборот, до сама Судьба определяет твое решение.
- Ты прямо как персонажи из "Алисы в стране Чудес" говоришь. Путаешься в показаниях и изъяснениях.
- И это говорит человек, что от разочарование неизбежной скуки, за которой не захотел лицезреть интерес, вместо этого уговорив за пару часов бутылку виски и создавший своими страхами перед свободой причал. - Слегка огрызнулся волк.
Мужчина завис. Он не знал, что ему выбрать, поэтому слегка почесав за ухом своего доброго мохнатого друга, заменяя тем самым ему лапу и то самое рефлекторное действие, подошел к краю яхты и прыгнул в воду, не достигая этим рывком ни берега, ни края земли, ни самого дна. Оставаясь где-то посередине водного потока.
Причал был смутно виден через бурлящую речную воду. Он всё отдалялся и отдалялся от взора, пока и вовсе не исчез из поле зрения.
Чувство невесомости сменилось чувством падения. Падения куда-то вверх.
***
Весь следующий день я пробыл в состоянии, как в воду опущенный. Нет, не как главный герой произведения, что читал… хотя, кто его знает. Может и также. Может вообще я и есть этот самый персонаж? Его поведение очень напоминало мое. Как и ход мышления. Если исключить те странности, которые он выкидывал в процессе изъяснения своего состояния.
Да и волк его был весьма неоднозначным. Неоднозначным и таким родным. Во мне боролись две противоположности. Одна говорила: «Кинь эту книгу в костер или какой-нибудь другой открытый огонь. Эта хрень тебя сгубит. Вот уже сознание плывет во всю ивановскую». Другая молвила: «Отличное произведение. Будто точь-в-точь про меня».
Не выдержав натиска внутреннего напряжения и желая как можно быстрее освободиться от него, я решился на отчаянный шаг: высказать свое мнение кому-нибудь во вне. Например, своему другу. Старому корешу, с которым вот уже который год активно общались и решали важные вопросы по работе, поддерживая друг друга и тому прочее.
Он не сразу меня понял. А потом тоже не понял. Почесывая свою голову, удивленно посматривал на мою требовательную физиономию и сводил брови. Наконец, спустя пару тройку попыток его растеребить на активное взаимодействие, он промолвил:
- Смешно, что моя фамилия – Волков. Не находишь?
- Да, прикольное совпадение.
- А думаешь, что это совпадение?
- Я думаю, что нет такого автора, что следил за нашей с тобою скучной жизнью и решил описать ход мышления нашего, доводя его до философского абсурда.
Еще пару минут прошло в напоказ умном молчании. И мы продолжили:
- Допустим, что это все случайность. Допустим, что это вообще не важно. Тогда, что тебя так беспокоит? – проговорил друг, постоянно крутя головой, в поисках той красивой официантки, которая сегодня должна была быть на смене. Той самой, за которой он ухлестывал, не ухлестывая. Это когда делаешь вид, что она поняла, что ты ей симпатизируешь и уже почти готова выйти замуж.
- Ты для начала вернись вниманием сюда, дружище. И я тебе с радостью отвечу. – Я ощутил какую-то нарастающую досаду, что ему было что-то интереснее, чем моя жизнь.
- Да-да-да, - проговорил он – я тебя слышу, продолжай.
- Да пошел ты на хрен. Тоже мне друг. Сначала согласился, потом отказался слушать нормально.
- А нормально это как? А?! – Он тоже начал злиться на меня и раздражаться, пошел, как говориться в атаку, чтобы не защищаться.
- А нормально, это когда я тебе говорю, а ты не в пол уха слушаешь, а весь во внимании.
- Слушай, раньше у нас с тобой таких проблем не было. Ты чего, совсем крышей поехал с этой книгой? Может тебе стоит ее выкинуть или хотя бы отложить?
Он был в чем-то прав. Как минимум в том, что раньше я как-то намного спокойнее реагировал на наши беседы. На то, что он под каждую юбку заглядывает, но только так, чтобы сама юбка и ее хозяйка об этом не узнала. На то, что в целом жизнь не так важна, а значит не стоит на нее столько энергии и эмоций тратить, как многие это делают, даже не подозревая, что попусту сливаются.
- Слушай, прости, я…
- Бог простит. Да неважно это. Забей. Ты мне лучше скажи вот что…
- Что? – Поинтересовался я.
- А как меня зовут?
- Ты смеешься?
- Я серьезно.
- Ну, фамилия твоя – Волков. А имя…
По спине пробежал холодный пот. Друг уставился на меня двумя яркими глазами, который на какой-то момент стали светиться, как у волка. Во рту пересохло. Я не ощущал своих ног. Спазматически начал щипать себя, но не чувствовал ни боли, ни приятного покалывания, вообще ничего.
- Да, всё именно так, - продолжил он – а еще попробуй вспомнить, как зовут тебя.
- Я…
Не успев ничего вспомнить, сознание начало плыть. Его уносило какое-то мощное и бесформенное течение. Несло куда-то в никуда.