Тема заморозки пробуждает кино-образы. Вспоминаются ледяные статуи "Продавца воздуха", "Бегство мистера МакКинли", "Замороженный" с Де Фюнесом, Моника Витти, твердящая "я была как мрамор холодна" голосом Серафимы Холиной... но при первых тактах Cold As Ice возникает торжествующая улыбка оледенелого монстра в старом хорроре "Франкенштейн встречает Оборотня".
О самой песне Cold As Ice сказано достаточно, всё еще хватает людей, готовых поделиться своим первым впечатлением от встречи с ней в эфире или на магнитофонной ленте.
Честно говоря, никогда специально не интересовался, но композиция Мика Джонса и Лу Грэмма (наст. фам. - Грамматико, звучит весьма киношно) так и просится в саундтрек фильма ужасов, хотя формально это песня о любви.
И дело тут не в щекотливой тематике влечения к остывшим, а в музыкальных особенностях сочинения, создающего атмосферу тревожного ожидания буквально с первых секунд, на первых "кадрах", которых нет.
Не менее эффектно она могла бы звучать и в конце, когда вверх по экрану, как дым по трубе крематория, плывут бесконечные титры.
Группу Foreigner не забудут еще минимум лет десять. Впечатление будущего исследователя от знакомства с нею - уже сюжет фантастического рассказа.
Нас интересует другое. Нелинейные особенности этой, чрезвычайно успешной и, на первый взгляд, традиционной композиции в стиле рок.
Представим себе впечатления подростка тех лет, когда он оказался один на один с новой вещью новой группы, ничего про неё толком не зная.
Само её название будут коверкать, произнося "форинджер" из боязни ошибиться.
На излете семидесятых она выглядела роскошной вставной челюстью во рту дряхлеющего мейнстрима, отвисшей при виде каких-то ничтожных панков, которых хотелось давить как клопов.
Замечание субъективное, но точное - хит с фортепьянным вступлением, каким бы эффектным оно не было, в рок-музыке встречается нечасто. Как правило, это вещи второго плана, что никак не умаляет их достоинств. Достаточно вспомнить Changes, атипичные для Black Sabbath.
Бывают исключения. Например, Let It Be и Get Back, чей успех был приблизительно одинаков.
Но, теоретически, более интенсивная, мотауновская Feels Like The First Time имела больше шансов стать фаворитом плейлистов. Однако, поставив диск, мы поневоле ждем, когда начнется трек номер два.
O, Lucky Man Алана Прайса любили, несмотря на отсутствие яркой мелодии, за простое вступление на двух аккордах: до-до-до, фа-фа-фа.
Такое запомнит и изобразит даже человек без слуха, если ему показать, как это делается. "Смотрите, как это делается!" - куражится герой поэмы "Москва-Петушки", поднося ко рту горлышко бутылки в тамбуре электрички маршрута Highway To Hell.
Но, и снова но - рифф, покоряющий миллионы, это гитарный рифф от Day Tripper до Satisfaction, от Born To Be Wild до Smoke On The Water, поставившей историческую точку в этой дискуссии.
Делая ставку на клавиши, Мик Джонс явно опирался на богатейший и продуктивный опыт работы с французами. Cold As Ice мог бы исполнить его многолетний коллега Джонни Холлидей, даже гипер-помпезный, пафосный Мишель Сарду.
И неслучайно участие в этой записи разностороннего ветерана Иэна Ллойда, адаптировавшего для Штатов шансонную магию Mammy Blue, чье место, казалось бы, где-то между Кипром и Бухарестом.
Кстати, о магии. Основным предшественником туристического "Льда" определенно является Барри Мэнилоу, украсивший свою Could It Be Magic развесистой цитатой из Шопена.
В плане интимной выразительности кавер-версия Донна Саммер, пожалуй, затмевает излишества Love To Love You Baby. Только, что именно слышим мы на фоне прелюдии До минор? Что это - экстаз или агония? Всему свой черед. Но, судя по всему, ледяная пустыня долговечней пылающих джунглей, хотя её климат смертелен для приматов-погорельцев.
Ледяным нордизмом и сумрачной меланхолией веет от многих шедевров, отмеченных траурными или зловещими пассажами клавишных.
Таковы The Song Is Over и Getting In Tune, которые со временем впечатляют сильнее основных хайлайтов альбома Who's Next.
Реквием Феликса Паппаларди по юной жертве моряков-людоедов.
Тщательно выстроенный, как записка самоубийцы, опус Винсента Крейна, следующий за песней с красноречивым названием, допустим, "Проломить лёд".
Или коварная Creepin', влекущая слушателя под своды туннелей, похожие на тропы исполинских червей, ползущих по неимоверно широким шпалам, впитавших эхо гигантских рефрижераторов. набитых пищей для неведомых, но прожорливых обитателей полой земли.
В общем, представляется дорогая клиника, где каждый пациент музицирует в своем персональном склепе, навлекая на привычный мир чудовищные, но любопытные перемены.
Сидячий гитарист, кем бы он ни был в иерархии рока, всегда похож на продавца-консультанта в отделе инструментов.
Пианист - на безумного гения, что бы он не бренчал, "Свечу" Макаревича, или "Свечи" Звездинского-Лобановского.
Такие мысли всё еще способна пробудить Cold As Ice, чье интро по-прежнемунапоминает перепляс ножек заколдованной мебели.
Love Is Like Oxigene звучала не хуже, но в ней читался приговор стареющим поклонникам прежних Sweet, жаждущих бесконечной Ballroom Blitz и Fanny Adams, не желая понять, что такие вещи бывают в жизни только раз, и у каждого поколения они свои.
Глубокая заморозка лишь тормозит процесс разложения. Но реальное искусство не имеет срока годности.
Released July 23 '77
👉 Бесполезные Ископаемые Графа Хортицы
Telegram I Дзен I «Бесполезные ископаемые» VК