Чай закончился – коробочка стояла пустой. Симонов растерянно посмотрел на кружку, в которую уже налил кипятка, и с досадой поставил ее на стол.
- Пакетиков больше нет. Не пить же кофе, - сказал он.
- Я могу продолжать, Алексей Михайлович?
- Конечно, только, извините… Алло, Вера, скажите, у вас чаю не осталось? Можно мне один пакетик? Спасибо, Вера, вы меня спасли. Извините, Игорь Федорович, просто мне нужно попить горячего. Наверно, вот как-то так начинается старость.
- Ну, вам до этого еще очень далеко, - успокоил его Немчинов.
Вошла Вера и подала Симонову чайный пакетик.
- Спасибо большое. На так что у вас там, Игорь Федорович? Почему она живет именно в Надыме? Что, в России больше места нет?
- Она не всегда находилась там. Вообще большую часть жизни провела в Крыму. Как видите, у дамы все в порядке с географией, она прекрасно знает теплые места в нашей стране. Но в какой-то момент безопаснее было перебраться подальше. В сталинское время и не такие вещи вызывали подозрение. А тут – явное несоответствие внешности паспортным данным.
- Ну так Сталина, слава богу, уже давно нет. Чего ж до сих пор мерзнет там?
- У нее была семья. Очередная. Правда муж уже умер.
- Ладно, но доказательства-то какие? Я на своем веку кого-только не видел. И великую княжну Анастасию, и пророков разных мастей. И все они оказывались мошенниками. Какого года, говорите?
- 1886. Чисто теоретически она могла дожить до наших времен и так. Хотя и это маловероятно. Но при этом совершенно не постарев? Поверьте, я сам отказывался верить. Но даже если она морочит нам голову, то делает это гениально. Во-первых, прекрасно владеет дореволюционной орфографией. Во-вторых, кое-какие документы все же сохранились. Запись в церковной книге, справки, аттестат, фотографии, наконец.
Немчинов протянул собеседнику телефон. Симонов просмотрел несколько кадров: семейные черно-белые портреты. Вот девушка с моложавым отцом и матерью. Вот, видимо, они же, насколько можно судить по старому снимку. Родители заметно постарели, а дочь все так же свежа.
- Документы – это, конечно, хорошо. Особенно в нашей стране. Был такой советский анекдот. У рекордсмена-долгожителя спрашивают: «Дедушка, а расскажите о Наполеоне.» - «Когда пришел 1917 год…» - «Нет, нам не надо про революцию, вы нам про царское время расскажите». – «Когда пришел 1917 год…» - «Дедуля, ну напрягите память. Вы же были партизаном, воевали с французами?» - «Когда пришел 1917 год, то такой бардак начался! И мне лишние сто лет приписали!»
Немчинову не было смешно, но из вежливости они хихикнул.
- А фотографии… Да вспомните хотя бы снимок времен первой мировой, на котором стоит солдат, очень похожий на Путина. Я уж не вспоминаю про «Портрет четы Арнольфини». А выучить старую грамматику и вовсе труда не составит. Люди китайский учат и ничего, справляются, - Симонов допил чай и с интересом посмотрел поверх очков. – Может, она Блока помнит?
- Нет, ни с кем из знаменитостей она близко знакома не была. В самом Надыме ее знакомые подтверждают, что она ни капли не постарела за десятки лет, что обитает там. Она живет очень уединенно. Тем не менее, ее там, конечно, знают.
- Анализы какие-то проводили?
- Годовых колец у человека нет. В ДНК ничего необычного. Но все показатели как у молодой девушки. Здоровье у нее среднее. Болезням подвержена так же, как остальные.
- То есть она все-таки не бессмертна?
- Из ружья в нее никто не стрелял. Но вообще бессмертие – это все-таки по вашей части, Алексей Михайлович. Вряд ли оно возможно в принципе.
- А вот над этим наука и бьется. Все конечно – даже звезды. Но это материальная сторона. Если допустить существование души, то уже не все однозначно. Беда в том, что мы, ученые, не должны делать безосновательных допущений. Хотя и очень хочется. Но вообще-то примеры долголетия без унизительного дряхления в природе есть. Про нашего любимого голого землекопа не буду рассказывать. Но даже более известные животные могут похвастаться отменным здоровьем в преклонном возрасте. Вы знаете, что киты не стареют? Они умирают, когда не могут добывать себе пищу. Они просто слепнут. Причем процессы в хрусталике глаза скорее физические, чем биологические. У черепах панцирь с годами становится настолько тяжелым, что им не хватает сил таскать свою броню. То есть все смертны, но в природе предусмотрены механизмы, позволяющие сохранить телесную молодость. Пожалуй, я соглашусь посмотреть на вашу Алену из Надыма.
- Тогда доставайте зимние вещи. На Ямале уже не золотая осень.