Палка, заточенная или нет, была одним из первых видов оружия, известных древнему человеку. Раньше нее мог использоваться только камень, который брали с земли и бросали во врага. Через некоторое время ее придумали обжигать в огне для придания необходимой твердости, а затем стали делать наконечник из камня или кости. Когда наконечник стал металлическим, появилось копье, царившее на поле боя многие тысячелетия.
Всадники тоже сразу оценили копье для конного боя. С их помощью можно было разгромить и обратить вспять почти любого врага. До эпохи раннего средневековья кавалеристы подъезжали ближе и кололи. Наносить таранный удар не было возможности из-за отсутствия способа удержаться на коне. Стремян тогда не было, сёдел тоже – в лучшем случае – накидка на спине лошади.
И только изобретение стремени, а затем и жесткого высокого седла сделало кавалерию настоящей машиной войны, своего рода, танками средневековья. Европейские воины, овладевшие этим искусством в совершенстве, с конца 11-о столетия начали зажимать копье под мышкой, а затем и упирать его в специальное место на доспехах. Атаки, проведенные таким способом, позволяли прорывать до десяти рядов пехоты. «Франкские всадники способны разрушить стены Вавилона», - примерно так говорила об этом византийская принцесса Анна Комнин.
Но в 16-м столетии кавалерия начала постепенно отказываться от копий. Если в битве при Павии 1525-о года основой военной силы французской армии были тяжелые кавалеристы с копьями – жандармы, то через сто лет во время Тридцатилетней войны тяжелая кавалерия кирасир атаковала врага выстрелом из пистолетов, а затем бросалась в ближний бой с саблей или палашом.
Так почему же конница отказалась от копий, которые обеспечивали ей полное господство на протяжение тысяч лет? Почему вместо них стали применять клинковое оружие?
Единственной причиной этого было широкое распространение ручного огнестрельного оружия, что вызвало стремительное ускорение темпа боя. Аркебуз, а затем и мушкетов, у пехоты стало намного больше. Первые пробивали рыцарский доспех на расстоянии 30 метров, вторые могли похвастать тем же на расстоянии до 200 метров. От такой вундервафли панцирная конница не могла спастись никак. Ее единственной защитой могла стать высокая мобильность.
По этой причине еще до Тридцатилетней войны тяжелая кавалерия перешла на пистолеты и палаши, а основой легкой конницы стали гусары, которые возникли в Венгрии под влиянием турок. Вот эти ребята уже были куда более быстрыми и поворотливыми. Они могли скрыться от обстрела, если в ходе битвы им становилось горячо. Позднее в тех же целях был придуман облегченный доспех, который давал сравнимую защиту при высокой мобильности.
Что интересно, восточные народы эту фишку узнали раньше. Те нации, которые жили на открытых пространствах и делали упор на оружие дальнего боя, т.е. луки, не имели копейщиков европейского типа почти никогда. Посмотрите, даже на знаменитой картине Пересвет и Челубей держат свое оружие сверху. Это значит, они предпочитают не мощный таранный удар, а высокую мобильность.
Копья почти исчезли в русской армии после формирования поместной конницы, которая представляла из себя многочисленную стреляющую кавалерию. Азиатов она побеждала за счет лучших доспехов, европейцев – за счет большей численности и комбинированной тактики.
Правда, калмыки и казаки сохраняли древковое оружие до наполеоновских войн и далее. Но это были не копья, а легкие и полые пики, с которыми не шли в таранную атаку, а быстро приближались и кололи сверху. Такая же манера была у польских улан.