На фоне чужого счастья особенно отчётливо ощущается собственное одиночество. Знаю, это не новость ни для кого. Но когда открываешь это самостоятельно, фраза обретает острый тревожный смысл. Чувство это вырисовывается контрастным высоким сигнальным столбом, на фоне которого все остальные метки теряют в размере и значимости. Уверенность в себе не рождается из вакуума, не появляется из ниоткуда. Она приобретается в общении с людьми, в отражении их одобрения и в реализации тебя как личности в социуме. Так вот, одиночество – тот самый вакуум, из которого вытащить собственную значимость почти невозможно, потому что нет никакого взаимодействия.
Одиночество также бывает разным и распадается на подвиды подобно цвету, обладающему разными спектрами.
Есть одиночество задумчивости, в сущности, даже где-то приятное состояние, в котором прибываешь на волне светлой грусти, концентрации сознания. Это состояние продуктивно, пребывая в нём можно работать, заниматься делами, что-то создавать. Из него рождается смысл. Но, однако же, и оно обладает оттенком тревожности, хотя эта тревожность и не дёготь, помещённый в бочку, а лишь аромат горькой полыни.
Тоскливое одиночество – состояние, в котором лучше всего просто реветь, бить подушку, писать на бумаге «10 причин моей ненависти», а ещё лучше выходить на улицу и идти, бежать, приводить себя в действие. Это одиночество, съедающее тебя изнутри своей силой, властью, своей всеобъемлющей неразрешимой тоской. Оно сжимает тебе сердце железной рукой. Оно отделяет тебя от остального мира, произнося своё властное «ты один». Это одиночество-изоляция, такое, которое, возможно, ощущает человек, оказавшись на необитаемом острове, когда не дотянуться до людей и остаётся просто сидеть на клочке земли или – в твоём случае в одной из крошечных клеток в бетонном блоке и ждать спасения свыше. Оно проходит потом как-то само собой, стоит только закончиться выходным и выйти опять на работу, но оставляет привкус тоски на какое-то время.
И самый ядовитый, самый мутный и опасный вид одиночества. Свирепый хищник, что-то вроде крокодила, лежащего незаметно, приоткрывающего хитрые кровожадные зрачки, готового в любой момент броситься и переломать тебя пополам, сделать больно и страшно. Одиночество с чувством стыда. Стыда за свою несостоятельность, невостребованность. Это всегда одиночество в толпе или одиночество на фоне других, на фоне чужого счастья. Оно шепчет тебе о том, что так будет всегда, оно рассказывает тебе вкрадчивым голосом о том, что ты не значим и никому не нужен. Холодное, бессердечное, абсолютно токсичное, оно отравляет всё хорошее внутри тебя быстродействующим ядом, обесценивая все твои победы и достижения, обесценивая тебя, как личность. Оно понижает уверенность, которую ты мог зарабатывать долгим трудом и как-то враз обрывает активность и социальность. Подобно зыбучим пескам в нём можно увязнуть, потеряв желание взаимодействовать и общаться.
И оно, пожалуй, самая веская причина того, почему многие люди соглашаются на меньшее и перестают искать кого-то, кто подошёл бы для них лучше и дал большее ощущение счастье и комфорта. Лучше взять плед, устроиться на диване поудобнее, ощутить тепло и положить голову на плечо, пусть даже тому или той, кто тебе не подходит, чем отдать себя во власть чувства, которое знакомо всем и которого все бояться, даже самые смелые и самые счастливые люди на свете.