На самой границе леса и города чернел дом. Кирпичный, в четыре этажа ростом. Когда-то – красивый, теперь просто старый. Сыпучий, скрипучий, пустой и слепой. Его битые окна огрызались углами стеклянных зубов на редких прохожих. По правде, дом не собирался никому причинять вред, он только пугал. Чтобы никто не тревожил его мысли. Дом познал дзен. Он давно обособился от своих собратьев, уже почти целиком погряз в тучной зелени. Природа поедала его щербатые стены. Она лезла корнями чахлых деревьев в каждую щель между кирпичами, грызла сцепляющий их цемент. И дом ни капли не сопротивлялся. Он познал дзен. В его подвалах шныряли тощие грязные крысы. Под вставшей буграми штукатуркой роились семьи мокриц. Щекотно. Но жить можно. Особенно, если ты познал дзен. Только людей дом не жаловал. Они то и дело приходили тревожить его крыс, его мокриц. Его мысли. Кричали, смеялись, жгли огонь и пачкали стены. Оставляя после себя жестяные, стеклянные, гнутые, битые, уродливые банки. Не все незваные гости