Альбина была хороша. Стройная, изящная, настоящая тростинка, с красивой выпуклой попкой, упругой немаленькой грудью, казавшейся особенно красивой при умелой подаче - в небрежно расстегнутом вырезе строгой блузки, подчёркивающей идеальные формы - плечи, шикарную графику предплечий и рук, чёткую талию. Но Бог дал ей не только фигуру, лицом тоже не обидел: зелёные глаза, белоснежная кожа, пухлые губы, высокие скулы.. Все это вкупе с блестящими прядями густых волос цвета воронова крыла превращало Альбину в экзотическую красотку, этакую редкую бабочку, орхидею, колибри, сказочную фею, пришелицу далёких планет или снов.
Она и вела себя соответственно - нежно порхала, снисходила, осчастливливала, повелевала, настоящая принцесса крови. Мужчины роились вокруг неё, как комары, сходились в баталиях, швырялись состояниями, роняли к её ногам сердца и кошельки, кто постарше - рисковали инсультами и инфарктами, запасались Виагрой, спешно лечили простатиты и геморрои. А вдруг…
Но Альбина никого серьёзно в свою жизнь не пускала. Ей было некогда. С утра до позднего вечера она занималась… собой..
Был у Альбины ужасный ужас в жизни, с которым не мог справится не один дорогостоящий психолог - она боялась постареть. Боялась до истерики, до трясучки, просыпалась ночью в холодном поту от этой мысли, да и вообще, она, эта мысль не отпускала её ни днем, ни ночью. Однажды ей приснился сон, от которого у неё случился настоящий сердечный приступ, хорошо ночевала подруга и вовремя вызвала скорую. Ей приснилось, что в её зеркале вдруг отразилась старуха. Вот прямо в её одежде, в любимом нежно-палевом пеньюаре, в сетке для волос, пропитанной особым составом (в которой она всегда спала), в очках для сна, сдвинутых на лоб. Старуха еле ковыляла навстречу, потом подошла, помнила Альбину пальцем, и, оскалив кривые лошадиные зубы, противно заржала. Альбина прямо по сне почувствовала, что теряет сознание, а очнулась она только в скорой. Еле вытянули тогда…
С тех пор Альбина занялась собой вплотную. "Никакой старости! Никогда!!! И ни за что!!!" и больше в её жизни не было ни одной свободной минуты.
День Альбины с тех пор был рассчитан по минутам. Косметологи, психологи, фитнес, качалка, бассейн, опять косметологи, и опять качалка. На все это она транжирила деньги, оставшиеся после продажи родительской квартиры (папа и мама погибли в автокатастрофе), денег пока хватало (трёхкомнатная в районе Арбата стоила неплохо), а работать Альбине было некогда. В её сороковник она уже и не могла освоить толком ни одну профессию, потому что привычка "неработать" - своего рода клеймо на лбу.
Но как же её мучал страх. Каждое утро она шла к зеркалу, как на эшафот. С ужасом рассматривая каждый сантиметр кожи, она чувствовала, как горячий ужас обжигает её изнутри - вот ещё. Вот оно, это место, кожа незаметно, а поехала. Провисла,ослабла, чуть потеряла тонус… Как же так!!! Две недели назад очередной сеанс Смас-терапии, час жуткой боли, как будто тебя прошивают швейной машинкой - а все без толку? А что ещё сделать - то? Все сделано, все испробовано, а вот он. Этот предательский сантиметр. Сволочь.
А ещё глаза… нет такого прибора, который бы вернул ей прежний взгляд. Не придумали. Оно бы и ладно, фиг с ним со взглядом, вот только лицо все равно выглядит на сорок. Ну, конечно, при особом освещении, при удачном ракурсе тридцать ей дать можно. Но надо только, чтобы не выдал взгляд. А он, взгляд этот поганый, все время выдаёт… Потому что в нем страх…
Деньги… У Альбины осталось слишком мало денег… А возраст требовал интенсификации усилий - висла потихоньку задница, как только Альбина пропускала занятия, на которые у неё все меньше было и денег и сил. Сумма, которую надо было тратить в день безжалостно увеличивалась, а сумма, лежавшая на счету - уменьшалась. Альбина пробовала экономить на еде и тряпках, но Боже!!! Что это за жизнь! Тряпки ещё ладно, а еда? У Альбины была особая диета, она стоила в день таких денег, на которые можно было месяц прокормить небольшой народ небольшой страны. А без этой диеты, что будет с её талией?
А тут ещё… Вчера она застала Виктора Михайловича листающим свой паспорт. Он был доволен, расслаблен после удачного секса, выпил коньячку, ну и полюбопытничал, что там у его молодой пассии на столике лежит? Ну и нашёл.
-Слушай, Альбин!! То-то я смотрю, что - то у меня не складывается. Вроде молодка, а что-то в тебе не так… душок, что ли какой-то… да ладно! Не обижайся. Шутю.
Альбину просто окатил изнутри ледяной холод. Она с трудом дождалась, когда эта скотина закроет за собой дверь и бросилась нюхать свои вещи. Всё перенюхала, одежду, постель, даже полотенца. Ничего не почувствовала, допила коньяк, села и заплакала.
У неё есть один запасной ход. Настоящий, спасительный, избавляющий. Хорошо, что она живёт на восемнадцатом этаже... Нужен всего лишь один шаг...
Ну не жить же старухой. Той, что она видела в зеркале…