Некоторое время назад в газете «Истоки» я прочитал статью с заголовком «Спасите утят!».
Там с изрядной долей экзальтации описано, как чайки «зверски атакуют» утят кряквы на Солдатском озере в парке им. И. Якутова, и автор призывает их защитить.
Оставим обывательские эмоции и разберемся с биологической точки зрения.
Современный мегаполис – точно такая же экосистема, как степь, лес или горная местность.
Здесь живут разные виды, ставшие синантропными. Это касается не только синиц или дроздов-рябинников. В Уфе удается наблюдать таких интересных птиц, как черный коршун (Milvus migrans), ястреб-перепелятник (Accipiter nisus), серая цапля (Ardea cinerea).
Обыкновенная кряква (Anas platyrhynchos) не нуждается в охране, поскольку не является редким или исчезающим видом. В авиафауне Уфы она столь же массова, как голубь или стриж.
Еще в 30–40-е годы прошлого века кряква служила объектом ружейного промысла в черте города.
При всей синантропности и кряква, и чайки, и вороны являются представителями дикой природы.
Пищевые цепочки, звенья которых составляют отношения «хищник-жертва», являются основой устойчивого биоценоза.
Чайки нападают на утят, коршун ворует птенцов чайки, куница может разорить гнездо коршуна, рысь поймает куницу, а ее саму задерет медведь…
Природа регулирует численность популяции каждого вида.
В национальных парках зоологи не корректируют поведение животных. Львам позволяют охотиться на зебр, не отнимают у них добычу.
Однажды мне пришлось быть свидетелем удачной охоты кота на голубей.
Я не успел порадоваться за зверя: какая-то прохожая вмешалась в ситуацию, отобрала недодушенную птицу.
Так делать нельзя.
Хищник должен ловить, жертва – спасаться.
Если вид потеряет инстинкты, он выродится.
Да и вообще, дикая природа живет по своим законам, человек не имеет права в них вмешиваться.
Вернемся к утятам.
Кряква – одна из самых приспособляемых птиц. Она плавает, ходит, летает, может питаться и растительной и животной пищей, скрещивается с близкими видами, приручается в первом поколении.
Вероятно, на Солдатском озере обитает всего одна пара по причине отсутствия обширного мелководья. Кряква – не ныряющая утка, она добывает корм лишь там, где может дотянуться до дна.
Если особь неудачно угнездилась, ее нынешних утят съедят, а в следующем году она выберет более подходящее место.
Так действует естественный отбор, главный двигатель эволюции.
В микрорайоне ИНОРС-7, на сбросном канале ТЭЦ-2, на болоте около ул. Сельской Богородской, на озере Теплом и других мелких водоемах (вплоть до луж, образованных из-за порыва подземной магистрали) приходилось наблюдать в поле зрения 60 и более особей кряквы!
Кряква строит гнездо во время паводка, к моменту появления птенцов оно может оказаться в неудобном месте, на большом расстоянии от воды. Спустя 12 часов после вылупления утята способны прыгать с высоты нескольких метров, бежать километры до ближайшего водоема и плавать. Они кажутся беспомощными, но на самом деле очень жизнеспособны.
Утки уже сейчас загрязняют городскую среду.
Как и всякая выводковая птица, кряква весьма плодовита. В одной кладке бывает до 16 яиц.
Можете представить, что будет если все утята достигнут продуктивного возраста?!
К счастью, работает природный механизм регуляции: до 56% яиц и птенцов уничтожается хищниками.
Если сегодня мы будем «спасать утят» от естественных врагов, завтра нам самим придется спасаться от уток.
Автор: Виктор УЛИН
Издание "Истоки" приглашает Вас на наш сайт, где есть много интересных и разнообразных публикаций!