Я всегда завидовал искренне верующим людям. Мои дедушки и бабушки по отцу и матери были верующими. Мои отец и мать тоже всю жизнь ходили в собрания верующих.
Я помню, когда жил в деревне у бабушки и дедушки в деревне, а мне было тогда 5 лет, они пели псалмы, лежа в кровати перед сном, а потом спокойно засыпали. Несмотря на преклонный возраст, они никогда не страдали бессонницей.
Мой отец и дед пострадали за веру. Они провели в ГУЛАГе, в общей сложности, 20 лет на двоих. Моя бабушка и моя мать, оставаясь одни с детьми на руках в то тяжелое время, сумели сохранить жизнь своих детей, хотя они потеряли кормильцев.
Отец рассказывал мне, что охранники, зная за что он сидят, обращались к нему, чтобы он молились за их жизнь, потому что тогда жизнь каждого человека, независимо от того арестант он или охранник, висела на волоске.
Моя бабушка была в оккупации при немцах. Она соблюдала субботу, как святой день, который нужно было посвятить Богу. А немцы выгоняли население на работы. Бабушка, несмотря на страх смерти, отказывалась от работы в этот день. Ее садили в камеру при администрации бургомистра, а вечером отпускали. Простые немецкие солдаты с уважение относились к вере мой бабушки.
Я спрашивал моего отца: -Обижаетесь ли вы, на то, что вам пришлось много лет просидеть в ГУЛАГе? -Нет! Как можно обижаться на поле, на ветер, на речку, которая протекает возле нашего дома, и на людей, с которыми мы живем в одной стране. Просто было такое время.
Я всегда удивлялся величайшему смирению, которое проявлялось в выражении их лиц. Ничто не могло их расстроить. Я даже позавидовал их спокойствию, потому что они всегда, во всех жизненных ситуациях уповали на Бога. И прожили они довольно долго от 86 до 95 лет.
Меня воспитали тогда, когда вера была запрещена в СССР, поэтому я не такой искренний верующий в Бога, я не посещаю собраний, но я ежедневно молюсь по утрам и тоже, как мои предки, отдаю все свои проблемы Богу. Получаю ли я спокойствие и помогает ли мне молитва не беспокоиться? Да, от части, помогает.