— А как же мой муж, дети? Бросить всё и вернуться к первому возлюбленному, которого не видела десяток лет? Нет, это вздор! Или всё же стоит попробовать... В тот одинокий и дождливый вечер Кэтлин от нечего делать занялась перебиранием старых книг. Книга за книгой — и заваленные полки наконец-то освобождались, пока в один момент из старого и растрепанного учебника не вылетела записка. Записка приземлилась на ковер возле ног Кэтлин. Женщина нехотя согнулась, подняла листок и открыв его, начала читать. И хоть это был лист бумаги, обыкновенный пожелтевший от старости лист бумаги, но Кэтлин, прочитав письмо, едва устояла на ногах. Дабы успокоиться и вернуть в норму сбывшееся дыхание, ей пришлось присесть на диван. Кэтлин больше не было никакого дела до книг и уборки дома. Стихотворение на бумаге, посвященное Кэтлин, было написано очень неумело и коряво, откровенно говоря плохо, абсолютно без рифмы и ритма, но... так искренне, так с душой, что от прочтения слезы потекли ручьем