Маша выкатилась на площадку. Как всегда, сонная. Голова гудела от недосмотренных снов. От кофе на пустой желудок тошнило. Ну все как всегда...
Да еще это предчувствие.
Время на часах было 9:03.
«Опаздываю!» – пронеслось у неё в голове.
Чертыхнулась на пороге и побежала назад.
– Наушники забыла, – буркнула она, прямо в обуви заскочив в спальню. Запустила руку под подушку. Пошарила там. Нахмурилась. Перебуровила к ко всем чертям одеяло, так рьяно, точно за свою жизнь боролась.
А на самом деле хотелось просто взять да лечь. Ну хоть на минуточку. Заползти под одеяло, вытянуть ноги…
«Ну что страшного может произойти, если она поспит лишний часик?»
Маша победно выпрямилась, держа в руках наушники. Само собой, спутанные. Взялась распутывать, да тут взгляд упал на часы: 9:12.
– Черт!
Закинув сумку повыше на плечо и гремя ключами, она выскочила за порог. Захлопнула дверь, шандарахнув ей так, что пронесшийся по площадке гул постучался во все двери.
Что-то скрипнуло слева. Она повернула голову. Заторможенным взглядом Маша смотрела на квартиру соседей, проворачивая ключ в замке. Тот громко бряцал ей на нервы.
Их дверь стояла нараспашку. Как всегда, нараспашку. И тихо поскрипывала на сквозняке. Изнутри доносилась какая-то возня и хрумканье.
Маша поморщилась.
Ей показалось соседи утром кричали. Они постоянно кричали. И дня без ссор не могли. А еще в огромных количествах жарили лук. От этого запаха Машу просто выворачивало наизнанку. Запах лука лез через плинтуса, залетал в форточку. И ей казалось, что это она жарит, она жарит лук, а не они.
А еще… еще…
Вентиляция в доме была ни к черту, и соседи открывали дверь в общий коридор. Отчего эта вонь тут даже не выветривалась. Так и лежала густым слоем на полу. Так что коридор все миновали, не дыша и зажав нос.
Но сегодня тут как будто земли рассыпали.
«Видимо еще и картошку мешками закупают, – сонно решила Маша.
Она часто представляла себе вонючую кладовку с тусклой лампочкой. Там обязательно должна порхать мошкара и пахнуть сыростью. Все сплошь забито ящиками с луком и банками варенья.
Насыпанная на пол земля и мешки с картошкой вполне вписались в этот образ.
Покачав головой, она юркнула на площадку ждать лифт.
Вставила наушники в уши, наконец-то распутав провода. И врубила музыку. Прибавила звук погромче. Обычно это приводило ее в чувство, если кофе не справлялся. А еще позволяло не общаться с людьми в лифте.
Так и пропустила момент, когда в общий коридор из квартиры соседей вытекла аморфная черная масса. Жижа остановилась, покачиваясь над полом. Из комка слизи выросло бледное худое лицо с пустыми глазницами.
Лицо потянулось вперед, как принюхивалось к чему-то. Белая шея вытянулась, став похожей на шланг. Пустые глазницы смотрели в направлении лифта. А секундой позже бледное лицо уже вжалось в окошко на двери. Черные провалы глаз смотрели на девушку. По подбородку потекла густая и черная слюна.
Внутри комка слизи что-то громко и сочно булькнуло. Там активно переваривались соседи. И соседи соседей. И собачка. И даже мячик собачки.
Но чувство голода не проходило…
Маше вдруг стало казаться что на нее кто-то пялится. Как в затылке вдруг защемило.
Она стояла и гипнотизировала двери лифта взглядом, чтобы не пропустить их из-за гремящей в ушах музыки. Такое порой случалось, если учесть, что лифта на этаже было два. Порой она смотрела на один. Ждала. А затем замечала, что кнопка уже не горит. Уехал. А она даже не заметила.
Девушка какое-то время стояла, сопротивляясь желанию повернуться и посмотреть в окошко на двери в коридор. Что-то будто елозило там по стеклу. Что-то белое на черном фоне.
Из-за нервов – а она всегда нервничала, когда опаздывала – желудок под блузкой стянуло жгутом. И Маше показалось вот-вот что-то произойдет. Что-то ужасное. Вот-вот…
Краешком глаза она уловила движение – дверь на площадку медленно покачнулась и стала приоткрываться.
Но тут разъехались двери лифта, и она залетела внутрь. Тараща на площадку глаза, она истерично стучала пальцем по кнопке первого этажа. Опомнилась и вдавила кнопку «Закрыть двери». Даже палец хрустнул от усилия.
В ноздри полез запах земли. Двери захлопнулись и лифт помчал ее вниз. Лишь тогда она поняла, что у нее сердце бьется как у кролика завидевшего лису. Кабина слегка задрожала. Такое порой случалось. Послышался скрип.
И Маша начала успокаивать себя мыслью, что лифт всегда так скрипит и до сих пор не упал. И сейчас не упадет, не смотря на дурные чувства. Ей вообще казалось, что она сегодня слишком уж нервная. Прям на взводе.
Она списала это на недосып. Долгий, долгий недосып. Длинною в месяц есть быть точным.
А из-за чего? Не из-за чего. Просто в телефоне залипать меньше надо.
Мысли ее вернулись к работе. Точно ей было все равно из-за чего нервничать.
– Подумаешь опоздаю, – буркнула она, глядя на бегущие на табло цифры.
Не смотря на обратный порядок отсчета, Маша не могла отделаться от ощущения, что лифт едет наверх. А то и вовсе летит куда-то вбок…
Хотя скорее это она летела вбок – мысленно. И почему она не может нормально вставать по утрам? То этот анабиоз, то истерика.
На втором этаже Маша вздрогнула. На кабину что-то свалилось. Что-то большое и тяжелое…
Моргнул свет.
– Мамочки! – пискнула Маша и выдернула один наушник. Он повис на груди, болтаясь из стороны в сторону. Кабина скрипела, точно ее сжали в тисках, дрожала стальная коробка лифта, дрожала Маша. Ей казалось лифт вот-вот схлопнется и раздавит Машу, точно банку сардин угодившую под колесо самосвала.
Но вот свет проморгался и лифт привез ее на первый этаж. Дзинкнул динамик, точно микроволновка подогрела блюдо и можно садиться за стол. Можно кушать...
А Маша и правда изрядно вспотела за эти пару минут. Прогрелась. Пот градом катился у нее по лицу, кожа покраснела.
Двери лифта с шумом разъехались.
Из парадной девушка вылетела со скоростью ветра. Чуть мамашу с коляской не сбила на выходе. Женщина копалась в сумочке выискивая ключи. Извинившись на бегу – выдернутый наушник больно хлестал Машу по груди – она понеслась на остановку. Даже срезала через палисадник, не смотря на табличку «По газонам не ходить».
Она точно жизнь свою спасала.
У нее все не выходили из головы эти звуки, что, Маша услышала в лифте. А еще запах – густой и влажный, как земля после дождя.
И утро как назло тоже выдалось туманным и влажным. Она даже поскользнулась на траве, но вовремя раскинула руки. Выпрямилась и поскакала дальше.
Вспомнив о запахе, Маша ускорилась и нас остановку выскочила как раз вовремя. Стоящая там маршрутка ждала пока запихнется последний человек из длинной, очень длинной очереди, что можно встретить тут лишь по утрам.
На работу Маша в тот день даже не опоздала. Пришла за 10 минут. Вот это рекорд!
Ей так хотелось отвлечься, что она схватила отчеты, которые сама же отложила на конец месяца. Коллеги лишь удивленно пожали плечами. А шеф похвалил: «Вот это рвение, видали? Всем бы так работать».
Пришла в себя Маша лишь к обеду. Протерла глаза. Вздохнула, поняв, что у кого-то урчит в желудке. И этот кто-то - она. Усмехнулась и побежала в буфет.
После куриных котлеток и салатика настроение ее заметно улучшилось. Утреннее происшествие теперь казалось ей каким-то нелепым и детским. Маша расслабилась и вернувшись в офис уже не спешила. Большую часть работы она уже сделала. Кое-что все же пришлось оставить на завтра. Но и без того, она подивилась своей продуктивности. Похвалила себя глядя на стопку бумаг. Ухмыльнулась. Решила, что порой полезно так себя пугать.
– И погляди-ка, – усмехнулась она, – даже не устала.
А затем, когда надо было возвращаться домой, на нее навалилась такая усталость, точно она вагоны с углем всю ночь разгружала. Маша пообещала себе, что сегодня ляжет спать пораньше. И не будет лежать с телефоном до боли в глазах.
А когда подходила к дому увидела, что все кругом затянуто желтой лентой. Сбоку от детской площадки примостились фургоны ОМОНа.
Маша автоматически сбавила шаг.
А дойдя до ленты возле парадной и вовсе остановилась. По двору слонялись какие-то люди в форме. Сплошь деловые. Что-то выискивали. Были и другие – в защитных костюмах. И парочка машин скорой помощи. Это она тоже отметила.
«Боже, – промелькнуло в голове у Маши, – да что стряслось то?! Не ужели газ? Или убийство? Или…».
Додумать она не успела.
К ней подошел мужчина в форме и попросил предъявить документы. Кивнул, проверив прописку. На вопрос что происходит удивленно вскинул глаза:
– А вы как не знаете что ли?!
Маша конечно ничего не знала после такого активного рабочего дня.
– У вас тут половина жильцов пропала, – сообщил он, выкатившей глаза, Маше, – как корова языком слизнула.
Мужчина отдал ей паспорт и пропустил к парадной.
– Кругом лишь брошенные вещи, да слизь эта, – мужчина неловко хохотнул, – кое-кто даже решил, что они просто взяли и растаяли.
Увидев Машино выражение лица, он выпрямился. Прочистил горло. Шутка конечно вышла дурацкая.
– Проверяем, ищем по заявке близких, – серьезно сказал он, – у вас дома кто-нибудь оставался?
– Нет, – сказала Маша, – я одна… живу.
Он кивнул.
И как оказалось многие теперь жили одни. А пропавших так никто и не нашел. Как сквозь воду провалились.
Маша шумно задышала.
– А… – пролепетала она, – там… безопасно?
Мужчина по-доброму улыбнулся. Посмотрел на нее и сказал:
– Идите, не бойтесь. Многие уже вернулись с работы. Больше никто не пропадал. На территории наши люди.
И добавил.
– Если заметите что-нибудь странное – сразу звоните диспетчеру. Наши ребята всю ночь здесь. Так что постарайтесь себя не накручивать.
На первом этаже густо пахло землей. И Маша тут же вспомнила утро. Сердце ее ухнуло в желудок. На кафеле тут и там виднелись засохшие пятна грязи. Она отставала засохшей пленочкой, заворачиваясь кверху точно шелуха на картошке.
Мужчина сказал, что основная масса людей пропала с десяти до двух. И ей очень повезло, что она выходит на работу пораньше.
Что говорить, с тех пор на работу Маша не опаздывала.
А еще перестала ходить в наушниках на улице. Это же столько всего не услышать можно. Глядишь под машину попадешь или нападет кто.
Но без соседей, что кричали по утрам и жарили лук стало как-то тихо. И не только на этаже – а во всем доме тихо стало. И месяц спустя Маша съехала, пусть и любила и этот дом, и квартиру эту.
Все предчувствие ее не отпускало это. Точно произойти что должно...
Да и душевный покой и себя Маша любила больше.
И о том, что тот дом и вовсе пропал месяц спустя, так и не узнала.
Спасибо, что дочитали рассказ! Если понравилось, ставьте лайк и подписывайтесь на канал. Будут и другие рассказы)
Еще немного мистических историй:
- Старинное зеркало - Ночь в загородном доме - Проклятие Обводного канала