А вот это как – пороть чушь? Ну, в смысле, почему именно пороть, а не, например, сеять? И почему именно чушь, а не щушь, хушь или чего-то там ещешь? Вообще – откуда взялось само это слово?
На этот счет есть разные версии. Самая древняя из них гласит, что так называли стихи русского поэта Василия Жуковского. Потому что Василий Андреич очень любил использовать слово "чу!" (= внимание) в своих стихах. А поскольку он был не просто поэтом, а поэтом-романтиком, он часто пихал в свои стихи всяческих сказочных чудовищ. Поэтому люди говорили: "Аа, это ж ведь Жуковский! – У него ж сплошная чушь!"
Есть и более современная версия. Мол, слово "чушь" произошло из русского блатного жаргона. Но эта версия – однозначно неправильная. Классический русский блатной жаргон – это достижение первых десятилетий 20-го века, а слово "чушь" было зафиксировано в литературе аж в 1858-м году – в рассказе Николая Успенского "Старуха" (Жуковский, я напомню, умер в 1852-м). Там, правда, оно было упомянуто не совсем в кошерном значении, но все-таки.
Но а истина лежит где-то посередине. В словаре Даля от 1866-го года слово "чушь" уже упоминается в значении "несуразица", "бессмыслица", "глупости". Причем изначально записывалось это слово через "ж" - "чужь".
Я не знаю, что имел в виду Даль при таком написании. Может, просто ошибся. А может, просто хотел подчеркнуть, что в России все делается через "ж" - даже чушь.
Но тем не менее, было бы неверно предполагать, что наша чушь (которая чужь) происходит от слова "чужой" или "чуждое". Во-первых, как может наша родная русская чушь быть нам же чуждой? Это уже чушь несусветная получается. А во-вторых, есть конструкционные аналоги.
Так, помимо слова "чушь" в русском языке есть такие слова как "глушь" и "сушь". Если следовать Далю, то их тоже надо было бы записывать как "глужь" и "сужь" (сделай уже?). Но как раз этого и не наблюдается.
С этими словами вообще интересно выходит. Смотрите: если "глушь" <-> "глушить" <-> "глухой", "сушь" <-> "сушить" <-> "сухой", то должно было быть и "чушь" <-> "чушить" <-> "чухой". Логично?
При этом глаголы "сушить" и "глушить" - у них действие, скажем так, направленное. Глушить – кого? что? – рыбу. Сушить – кого? что? – сено (рыбу тоже можно). А чушить? – Это тогда кого или что?
И вот тут-то собака и порылась. Вернее, совсем не собака. В 19-м веке в России чухой (чушкой) называли лыч свиньи. Возможно, это название было как-то связано со словом "чуять" - у свиньи там пятачок находится. Но возможно, что это было и звукоподражанием – звуки, которые производит свинья, можно уподобить сочетанию "чух-чух".
Свинья использует свой лыч с пятачком (соответственно, чуху) для того, чтобы рыться в земле, искать в ней еду – т.е. чушить. Поэтому не удивительно, что вот те кучи и ямы, которые свинья нарыла своей чухой, стали собирательно называть чушью.
А если учесть, что процесс вспахивания почвы в русском языке (да и не только в русском) часто ассоциировался со вскрытием, вспарыванием, - вот вам и объяснение выражения "чушь пороть". Именно пороть.
Свинья своим лычем (чухой) вспорола грядки на огороде, "отчушила" их, оставила там кучу всякого не-пойми-чего – напорола чуши. Видите, как все просто? Вот такая вот свин-лингвистика.