Дядя Федя, папа Пети, когда приезжал домой на машине, у него была полуторка, катал нас в кузове до остановки трамвая. Кому то показалось однажды мало, и мы прицепились за борт кузова, машина разогналась под гору, к мосту, испугались и по одному стали соскакивать. Я спрыгнул последним, неудачно, упал на спину и сильно ударился затылком о булыжную мостовую, отполз на обочину, полежал, ребята около меня посидели, оклемался и пошли домой. Вскочила шишка, сначала была мягкая, подкожная гематома, кожу не рассек, потом затвердела, может из за этого возникла близорукость. Папе ничего не сказал, но он на другой или третий день, погладил по голове и нащупал, пришлось рассказать, он меня любил и часто гладил по голове. Иногда с ребятами мы ходили к складам и овощехранилищам, туда приезжали или оттуда уезжали, машины со жмыхом, прессованные отруби, останавливались перед воротами и мы успевали стащить несколько плиток, а потом грызли их. Обуви у большинства ребят не было, и у меня тоже, бегали босые все лето, ноги у многих были в цыпках. В начале августа я бежал и наступил на осколок от фарфорового ролика, в траве не увидел. Он торчал из ступни ,и меня под руки, я прыгал на одной ноге, потащили к кому то из соседей, родители были на работе. Осколок вытащили, рану как то обработали и перевязали, но видимо промыли не очень хорошо. Я болел долго, лежал в постели, спал на сундуке у печки, сначала рана долго не затягивалась, была большая, ее никто не сшивал, а потом по ноге в разных местах, выше колена, появились, сразу несколько, нарывы. Инфекция видимо осталась, была высокая температура, было больно, даже от этого терял однажды сознание. Приходил доктор, выписал таблетки и как витамины пить, жидкие пивные дрожжи, за ними ездили на пивзавод, на Карла Маркса.
Пермский пивзавод. Завод остановили в 1980 году, построили новый, в районе Липовой горы, осталась фасадная стена которую сейчас разбирают, было два проекта реконструкции.
Реконструкция началась, что будет ? особняк для богатеньких, две квартиры на этаж.
Таблетки дробили и делали повязки, и еще с медом и еще с чем то, нарывы стали прорываться и я начал поправляться.
Я и папа 1943 год.
За время болезни я пристрастился к чтению, книги приносил папа, прижмешься спиной к теплой печке и читаешь. Папа очень переживал за меня, вдруг придется резать ногу и где то доставал лекарства и мед и я поправился. Первого сентября надо было идти в 1 класс, куда я был записан, но я не мог еще ходить, лежал и читал разные книги, Гайдара, Кассиля и другие. Тетя Зина хотела первого числа нести меня на своей спине в школу, но я был большой и тяжелый и я оставался лежать дома до октября или ноября, проболел около двух месяцев. Это был 1942 год и я в школу не ходил, потому, что точно знаю, что начал учиться в 1943 году.