Найти в Дзене
Записки плохого официанта

О том, как официант помог психологу разрушить постулат ассоцианизма

Психолога звали Курт Леви́н, а как звали официанта - неизвестно. Допустим, его звали Саша. Курт Левин занимался вопросами, которые стали, как пишут, основополагающими в социальной психологии - уровень притязаний, социальная перцепция, избегание неудач (это как раз про меня), игровые ситуации. Лично мне больше всего нравится, что все эти вопросы касаются не одного конкретного человека, индивидуума, а человека в социальном окружении, в группе. Мне нравится, что человек рассматривался как существо социальное, стайное, и его психология не была предметом изучения сама по себе, но как задающая тон поведению человека в группе (обществе). По моему простецкому мнению, нынешняя психология рассматривает человека как живущего в вакууме аутиста, словно вокруг него нет других людей, и нынешняя психология учит человека носиться со своими потребностями и желаниями так, словно оторванные от социума потребности и желания отдельно взятого человека - это что-то ценное само по себе. Это была как бы увертю

Психолога звали Курт Леви́н, а как звали официанта - неизвестно. Допустим, его звали Саша.

Курт Левин занимался вопросами, которые стали, как пишут, основополагающими в социальной психологии - уровень притязаний, социальная перцепция, избегание неудач (это как раз про меня), игровые ситуации.

Лично мне больше всего нравится, что все эти вопросы касаются не одного конкретного человека, индивидуума, а человека в социальном окружении, в группе. Мне нравится, что человек рассматривался как существо социальное, стайное, и его психология не была предметом изучения сама по себе, но как задающая тон поведению человека в группе (обществе).

По моему простецкому мнению, нынешняя психология рассматривает человека как живущего в вакууме аутиста, словно вокруг него нет других людей, и нынешняя психология учит человека носиться со своими потребностями и желаниями так, словно оторванные от социума потребности и желания отдельно взятого человека - это что-то ценное само по себе.

Это была как бы увертюра, а сейчас как бы фуга - как же Курту Левину в его исследованиях помог официант?

Пишут, что дело было так: однажды Левин сидел со своими студентами в кафе и обсуждал психологические эксперименты. Ни с того, казалось бы, ни с сего он подозвал официанта и спросил:

— Парочка, которую Вы сейчас обслуживаете, вон в том углу — что они заказали?

Саша, не посмотрев в записную книжку, уверенно и четко ответил — капучино с корицей погорячее и севиче из форели к нему.

 — Хорошо, спасибо Вам, халдей, блюдоносец, подавальщик, офик. А вон другая парочка выходит, и Вы тоже их обслуживали. А они что заказывали, а они что ели-пили?

И официант халдей блюдоносец подавальщик офик Саша начал неуверенно мычать и блеять, он задумался, словно его спросили, что тяжелее - килограмм пуха или килограмм железа, полез листать записную книжку.

Оказалось, что наглый халдей блюдоносец подавальщик офик лучше запомнил то, что было заказано, но еще не подано, нежели то, что было заказано, подано и съедено уже покинувшими кафе людьми.

Но так не должно было быть, ибо такой результат расходится с постулатом ассоцианизма.

Раньше считалось, что чем больше действий с чем-либо человек совершил, тем лучше он это запомнил, ведь с предметом было совершено больше действий.

Та парочка, что уже покидала кафе, должна была запомниться Саше лучше, ведь:

- он принял у них заказ;

- он повторил их заказ;

- он предложил им аперитив;

- он сделал кивок Салливана, чтобы увеличить чек;

- он вынес им еду;

- он забрал у них пустые тарелки;

- он получил прилетевший фидбэк;

- он рассчитал их;

- он получил чаевые, как получают все наглые халдеи, подавальщики, офики, а хотя за что им чаевые, ведь они просто выполняют свою работу.

Но эту парочку он помнил хуже, чем ту, которая только сделала заказ, еще не получив еду.

Левин объяснил это так:

«…официант не запоминает то, что заказали уходящие люди, так как он их обслужил, они заплатили — система разрядилась; а другие только заказали, он их еще не обслужил, у него есть потребность к запоминанию заказа».

Действие не завершено, цель не достигнута - память держит факт и не отпускает, настойчиво напоминая, что надо бы добить, надо бы получить чаевые, как получают все наглые халдеи, подавальщики, офики, а хотя за что им чаевые, ведь они просто выполняют свою работу.

А как только действие завершено, как только квазипотребность удовлетворена, как только напряжение снимается разрядкой - памяти незачем держать это в голове крепко, и она ослабляет вожжи.

О том же пишет Михаил Веллер:

"Скажем, мужчине свойственно вспоминать женщин, с которыми был близок. Живописуя и обогащая подробности. Но – не реже, а часто сильнее и желаннее вспоминаются те женщины, до собственно обладания которыми дело не дошло. С чего? <...> Сильное возбуждение осталось без естественного разрешения. В мозг впечаталось это возбуждение. С кем переспал – там слабеющие, исчезающие ощущения (пресытились, надоело, расстались) наслоились на сильное, заслонили его, вытеснили. А с кем "на взлете" расстался – та в эротических фантазиях прямо Клеопатра"

Просто возмутительные слова. Получатся, мужчине интереснее те, с которыми еще не было, чем те, с которыми уже было? То есть, те, с которыми уже было - это как бы отработанный материал, интерес к этой самке потерян, надо бы другую? Неслыханная наглость говорить и писать такое, просто возмутительно, и как только совести хватило.