Легко ли украсть произведение искусства? Не кошелёк у самого зазевавшегося из тысячи прохожих, не одну из многих машин без сигнализации, а уникальное, имеющееся в единственном экземпляре произведение искусства, у которого даже есть специальные люди, чья работа заключается в том, чтобы его охранять. На момент своей первой отсидки Стефан Брайтвизер за шесть лет совершил по меньшей мере 200 успешных краж различных произведений искусства.
Секрет Брайтвизера был прост и уникален. Дело в том, что большинство похитителей картин, скульптур, яиц Фаберже и прочего штучного товара сталкивается с проблемой, куда теперь его деть. Если ты украл картину Пикассо, на следующий день интернет будет полон публикаций об этом на всех языках мира. Сложно найти покупателя на товар, про который, во-первых, известно, что он краденый, а во-вторых, как следствие, который нельзя будет никому показать (кстати, в середине июня 2021 года Интерпол выпустил бесплатное приложение для смартфонов ID-Art, позволяющее любому человеку просто навести камеру своего телефона на то или иное произведение искусства и проверить, не числится ли оно среди краденого). Именно при попытке выйти на покупателя среднестатистические воришки и оказываются в итоге в руках сил правопорядка. У Брайтвизера этой проблемы не было. Все дело в том, что он крал не ради денег – он крал ради самого искусства, перемещая экспонаты из музеев в свой собственных небольшой музей, которым для него служила его маленькая спальня на чердаке в доме матери.
Стефан Брайтвизер родился 1971 году в обеспеченной семье, которая жила в большом доме, обставленном элегантной мебелью 18–19 веков. Стефану прочили карьеру юриста, но он бросил университет, так и не доучившись. А вскоре его отец бросил семью, оставив себе и дом, и мебель, а юному Брайтвизеру пришлось вместе с матерью переселиться в скромное жилище с мебелью из IKEA. Возможно, именно это послужило причиной тому, что уже в 24 года Стефан совершил свою первую музейную кражу. Это был пистолет с ручной гравировкой 1730 года. И это было очень просто. В последующие за этим шесть лет он совершал примерно по одной краже каждые две недели.
Все первые кражи он осуществил вместе со своей девушкой, Анной-Катериной, которая полностью разделяла его пристрастия. У них было несколько несложных правил, позволивших им практически беспрепятственно в течение нескольких лет обчищать музеи Франции, Швейцарии, Германии, Бельгии и Люксембурга. Во-первых, всё похищенное должно быть небольшого размера, чтобы можно было спокойно спрятать под плащ или куртку. Во-вторых, никаких взломов с проникновением. Все кражи совершались посреди бела дня в районе обеда, когда наплыв посетителей чуть меньше. В-третьих, никакого насилия: ни в отношении сотрудников музея, ни, что самое главное, в отношении произведений искусства. Брайтвизер с ужасом думал о грабителях, которые вырезают холсты из рам или, что не лучше, сворачивают их в трубочку.
Всего было украдено по меньшей мере 239 произведений искусства из примерно 170 разных музеев и выставок на, как считается, общую сумму в 1.5 миллиарда долларов. Среди его «коллекции» были работы Брейгеля, Ватто, Франсуа Буше, Корнель де Лиона. В некотором смысле венцом коллекции являлся «Портрет Сибиллы Клевской» Лукаса Кранаха Старшего (об этой картине обязательно надо будет рассказать отдельно). И все это размещалось в небольшой спальне на чердаке, в которой Стефан жил со своей возлюбленной. Они любя называли свою комнату «Пещера Али-Бабы» как в сказках Тысяча и одной ночи.
Но любой сказке, даже если она длится не 1001 ночь, а целых шесть лет, рано или поздно приходит конец. Однажды пара решила заглянуть в картинную галерею в Люцерне (Швейцария), где им, конечно же, приглянулась одна из картин. Брайтвизер потом напишет в своих воспоминаниях, что у его девушки было плохое предчувствие. Но какое тут предчувствие, если они были единственные посетители в галерее, а из-за стоявшей на улице жары у них даже не было куртки, куда картину спрятать? В общем, сотрудник галереи препроводил их в расположенное напротив отделение полиции, где (о чудо!) им удалось убедить полицейских, что это в первых раз, и, конечно, они больше не будут. Как ни странно, полицейские им поверили и отпустили с миром. Только отпечатки пальцев сняли на всякий случай.
После этого происшествия Анна-Катерина стала паниковать, что теперь их отпечатки окажутся во всех базах, в Швейцарии точно лучше больше не появляться и вообще пора завязывать. Стефан обещал, но продержался буквально три недели. У пары начались постоянные размолвки. Она начала думать о семье, детях – очевидно, не с таким человеком как Брайтвизер.
Развязка наступила в ноябре 2001 года, когда Стефан в одиночку снова отправился в Люцерн, чтобы украсть там красивый охотничий рожок. Кража прошла успешно, но, вернувшись во Францию, он был вынужден признаться все ещё своей девушке, что не надел перчатки. Анна-Катерина вызвалась поехать в музей и стереть возможные улики. Идея была странная, но Стефан согласился при условии, что он будет её сопровождать. В музей зашла только Анна-Катерина. Стефан остался ждать на улице, где некий бдительный швейцарский гражданин узнал в нем того же человека, который был в музее в день кражи. Через несколько минут Брайтвизера повязала полиция.
Что было дальше доподлинно не известно, но, скорее всего, события развивались примерно следующим образом:
Брайтвизер признался в краже рожка, а больше у полиции ничего на него не было. Но Анна-Катерина логично предположила, что рано или поздно швейцарская полиция свяжется со своими французскими коллегами, и те придут с обыском домой к Стефану. Она их опередила, предупредив обо всем мать Брайтвизера. И, к сожалению, как это уже бывало в истории краж произведений искусства, любящая мать не придумала ничего лучше кроме как избавиться от улик. Она погрузила всё, что было в «Пещере Али-Бабы» на машину и выкинула в реку. Всё кроме скульптуры Мадонны с младенцем, которую как истинная христианка она оставила у входа в церковь.
Впоследствии из реки извлекли 110 произведений искусства, многие из которых даже удалось восстановить и вернуть в музеи. Но ни одной картины или даже обрывка холста так и не было найдена. Сам Брайтвизер считает, что все картины, 66 холстов в общей сложности, были сожжены его матерью в одном большом костре. Если это действительно так, то это был, возможно, один из крупнейших актов намеренного вандализма в мировой истории.
Стефан Брайтвизер часто преподносится почти как герой. Миловидный и моложавый парень, не прибегавший никогда к насилию, кравший не ради наживы, а от любви к искусству, издавших в 2006 году книгу «Признание вора искусства», он прямо-таки должен нравиться. Его описание того, как обретение каждого нового артефакта приводило его к состоянию близкому к сердечному приступу, вызывает умиление; три попытки самоубийства после того, как он узнал об уничтожении картин – вызывает сочувствие. Его даже окрестили в СМИ «джентльмен-грабитель», в честь «благородного вора» Арсена Люпена. Но, если судить по итогам, то это тот человек, из-за которого мир лишился десятков уникальных произведений, и всё ради того, чтобы потешить своё обострённое чувство прекрасного.
Удивительно, но суд был очень мягок с Брайтвизером. Он отсидел всего 4 года и вышел на свободу в 2005 году. Анна-Катерина провела в тюрьме лишь одну ночь, так как ей удалось доказать, что она даже не подозревала о занятиях своего парня. Мать провела в тюрьме несколько месяцев. Через несколько лет, в 2013 году, у Брайтвизера нашли ещё 30 украденных уже после освобождения картин и посадили ещё на два года. После освобождения его снова арестовали, но на этот раз за кражу одежды и DVD-дисков (это в 2015-то году!). В 2021 году он снова на скамье подсудимых и снова за кражу из музея.
Одной из работ, украденных Стефаном Брайтвизером и, скорее всего, уничтоженных его матерью, была небольшая картина Франсуа Буше «Спящий пастух». Работа была похищена из Музея изобразительного искусства в Шартре (Франция) в 1996 году.
Хотя отношение к Буше в искусствоведении крайне неоднозначное, это был, безусловно, талантливый художник и один из ярчайших представителей рококо в живописи, запомнившийся во многом благодаря своим откровенно эротичным даже по современным меркам работам. Чего стоят его «Одалиски». Впрочем, картина «Спящий пастух» далека от эротизма. Мальчик-пастух заснул посреди жаркого дня с дудочкой в одной руке и бутылкой (вина?) в другой, выставив вперёд своё не по-детски большое пузо. Преданный пёс и две коровы охраняют пастушескую идиллию. Однако, возможно, это и не Буше вовсе. Брайтвизер в одном из интервью говорил, что он лично провёл исследование и музей якобы даже согласился, что, на самом деле, это неизвестный автор того же периода, что и Буше. Может, правда. Если честно, не похожа эта картина на другие работы художника. Вот только какое теперь это уже имеет значение?