Шаг, шаг, поворот. Прогнуться. Выпрямиться. Улыбнуться. Блестящая ткань платья скользит по ноге, когда продолжаю движение. Одежда мешает: тяжелый материал совсем не предназначен для подобных танцев, но я заученно улыбаюсь, не сбиваясь с ритма. Казалось, челюсти навсегда останутся сведены в этом оскале. Люди кругом аплодируют, считая, что я искренне отдаюсь танцу.
Легкое головокружение я почувствовала еще утром. Отмахнулась, подумав что во всем виноват пропущенный завтрак. Такое уже бывало, когда я забывала о еде.
Беспокойство ощутила, когда поднявшись по лестнице в ресторан, где проходили мои показательные выступления, внезапно часто задышала. Одышка. Это было настолько невероятно, что пару минут я всерьез подумывала отменить выступление. Мысли отвлек распорядитель и, подхваченная его шумной заботой, быстро выбросила это из головы.
Шаг, шаг, поворот. Внезапный приступ кашля заставил меня сбиться с ритма. Я безрезультатно пыталась сделать вдох, чувствуя, как шумит в ушах. Попыталась улыбнуться, чтобы вежливо извиниться и сбежать, но лицо свело судорогой. Еще миг, и в комнате стало темно. Последней мыслью было: «Только бы не задралось платье, когда упаду». А затем все пропало, шум исчез и сознание растворилось.
Он с самого начала следил за её выступлением. За все время своего существования редко встречал подобную грацию. Казалось, что стук её каблуков по блестящему паркету проникает глубоко внутрь, звуча в одном ритме с его сердцем. Но разве оно у него было?
Она улыбалась, выполняя очередное сложное движение. Но он чувствовал, как это сильное тело покидают жизненные силы, как слабеют мышцы, а сердце перестает качать кровь. Отвратительный кашель сотряс ее тело. Пара мгновений, и она упала на паркет. Грации в ней больше не было.
Он кивнул сам себе, вычеркивая в бесконечном списке очередное имя и шагнул к выходу.
Толпа шумела. Растерянный распорядитель упал на колени перед танцовщицей и жалким голосом выкрикивал ее имя. Люди жадно тянули шеи, стараясь разглядеть подробности. Кто-то кинулся звать врача. Вор-карманник, маскируясь под респектабельного господина, деловито обчищал карманы.
Ни его, ни ее это больше не волновало.
