Владислав Олегович все лекции первого курса читал подперев стенку возле окна, рядом с партой студентки Кузнецовой. Его туда словно магнитом притягивало, особенно тяжело было удержаться в солнечные дни, когда ее волосы казались золотым ореолом. И хотя он старался больше смотреть в окно, чем на Дашу, а Даша вообще практически не поднимала на него глаз, старательно записывая каждое слово, студенты начали что-то подозревать. Наверное, потому что пространство между Владом и Дашей что в солнечные, что в пасмурные дни расцветало розовыми сердечками.
Градов оставался самым строгим преподавателем, к которому лучше не опаздывать – он никого не пускал на занятия после звонка.
Никого кроме Кузнецовой.
Так случилось, что в день, когда была первая лекция по истории, один из автобусов от общаги сломался и Даша, и еще с десяток студентов опоздали на лекцию Владислава Олеговича.
Вначале сунулся в дверь самый шустрый и, видимо, самый тупой из первокурсников, не из Дашиной группы. Градов развернул его, оправив в деканат писать объяснительную. Оставшиеся студенты притихли, думая, что делать, но тут к аудитории подошла Даша, она разместилась на подоконнике, не собираясь идти на давно начавшуюся лекцию. Но остальные опоздавшие студенты подхватили ее под ручки и затолкнули в аудиторию, в щель наблюдая за реакцией Владислава Олеговича.
Градов молча посмотрел на покрасневшую Дашу, чуть улыбнулся своей обычной насмешливой улыбкой и кивнул в сторону ее парты. Смущенная Даша поплелась на место. А следом за ней тонким, тихим ручейком вдоль стеночки просочились остальные студенты. Владислав Олегович прокашлялся, скрывая смех, и продолжил лекцию.
Еще на семинарах между ними случались слишком жаркие споры, Кузнецова ни в какую не желала признавать правоту историка, ее так и подмывало найти какую-то неточность в словах Владислава Олеговича, и обязательно об этом сообщить, так сказать, сбить с него корону. А Градов, будто специально провоцировал ее, то и дело задавая вопросы и вызывая за кафедру. Причем ей единственной он запрещал пользоваться тетрадью.
- Я помню, что говорил на лекции, не надо меня цитировать, рассказывайте своими словами.
Даша отвечала, а он не сводил с нее глаз. Она тоже кидала на него взгляды, довольно-таки злые взгляды, с удовольствием отмечал он для себя. В их вечерние встречи Влад был белый и пушистый, но отыгрывался на занятиях, доводя Дашу до белого каления. И всегда баталии на семинарах заканчивались ее отличной оценкой.
Может, если бы студенты были свидетелями лишь за одной из этих «романтичных» сцен, то никто бы не обратил на это большого внимания – слишком железобетонной была репутация Градова. Но совокупность происходящего не оставляла сомнений: у преподавателя роман со своей студенткой.
Отрывок из романа Елены Беловой "Нарисуй меня хорошим"