Сегодня я, Виктор Сонькин, расскажу вам как в XVIII веке, еще до изобретения вакцинации, английская аристократка привезла в Европу секрет защиты от оспы и сохранила жизнь тысячам людей.
В 1716 году Эдвард Уортли Монтегю, член британского парламента от Вестминстера, лорд-комиссионер Сокровищницы, получил назначение в качестве посла Великобритании в столице Османской империи, городе Стамбуле; в число его государственных заданий входили переговоры по завершению австро-турецкой войны. Вместе с ним в Турцию поехала его жена, леди Мэри Уортли Монтегю, урожденная Пьерпон. Они пробыли там около двух лет; за это время леди Мэри написала записки, изданные позже под названием “Письма из турецкого посольства”. В одном из этих писем она сообщала следующее:
“Оспа, заболевание столь смертельное и столь распространенное среди нас, здесь низведено до совершенной безвредности при помощи прививания. Приходит старуха с горховой скорлупкой самой годной оспы, и просит показать ей какую-нибудь вену для вскрытия; немедля взрезает ее большой иглой и помещает в вену столько заразы, сколько на кончике иглы может поместиться. Нет случаев, чтобы от этого умирали; и вы можете увериться, что я совершенно удовлетворена безопасностью эксперимента, потому что намереваюсь испробовать его на нашем милом сынишке. У меня достает патриотизма, чтобы сделать это полезное изобретение модным и в Англии”.
Леди Мэри несколько преувеличивала безопасность процедуры; легкая форма оспы, которая возникала после нее (процедура получила название вариоляции — от латинского названия оспы, variola) могла перейти (и в некоторых случаях переходила) в полномасштабную болезнь, с которой уже организм справлялся или не справлялся (летальность оспы в очень огрубленных цифрах — около 30%; количество осложнений тоже огромно; по оценкам, в XVIII — XIX веках примерно треть всех случаев слепоты в Европе было вызвано оспой).
Хотя опасность существовала, она была несопоставимо меньше, чем при эпидемии; кроме того, в отличие от ряда других эпидемических болезней — например, холеры — оспа не обращала внимания на сословные преграды; только за последние сто лет существования оспа унесла жизнь шести монархов. Поэтому на возможность защититься от оспы сильные мира сего смотрели очень внимательно.
Успехи вариоляции впечатлили сразу нескольких европейских монархов — Фридриха II в Пруссии, Марию-Терезию в габсбургской Австрии и Екатерину II в России. Екатерина выписала в Петербург английского врача Томаса Димсдейла в 1768 году, привилась сама, привила своего сына и всех окружающих придворных — чем обеспечила популярность процедуры в российском обществе и подготовила почву для массовой кампании, связанной с еще более безопасной и эффективной процедурой — вакцинацией (об этом в другой раз).
(Несколько дней назад, когда кто-то ссылался на эту историю, недоверчивый читатель в сети спросил — а есть хоть какие-то сведения, что Екатерине и ее сыну это помогло? На это юрист и филолог Дмитрий Шабельников заметил, что есть косвенные данные: сына Екатерины II пришлось спустя 33 года добивать табакеркой. Это был император Павел I.)