Иметь дело с отчаянием пациента очень сложно, поскольку он убежден, что отчаяние связано с настоящим. Человек испытывает отчаяние по поводу своей жизни, и даже по поводу терапии. Он будет чувствовать, что терапия бесполезна и ничем ему не поможет, и даже говорить это. А поскольку никто не может дать гарантии, что терапия увенчается успехом, никто не убедит пациента, что работа пойдет как надо. Тем не менее я оказываю пациентам поддержку, подбадриваю, когда они принимают свое отчаяние. Это кажется парадоксом, но это правда – приятие пациентом своего чувства, что ему ничего не поможет, дает терапевту шанс на успех. Отрицание этого чувства не позволяет пациенту продвинуться куда бы то ни было. Невозможно преодолеть чувство, которое не является реальной составляющей самости человека. Как бы болезненно и пугающе это ни выглядело, но у пациента нет другого выбора, кроме как принять свое отчаяние.
Чтобы принять отчаяние, требуется больше, чем просто согласиться с констатацией. Приятие своего отчаяния связано с невыраженной решимостью не сдаваться, не поддаваться этому чувству. Приятие означает, что человек перестает бороться против своего отчаяния. Если человек принимает свое отчаяние и полностью отдается ему, он плачет. Слезы – это знак, что приятие произошло. Отчаяние можно описать как озеро печали и скорби, в котором не видно дна. Человек чувствует, что, если он отпустит себя, позволит себе окунуться в озеро, он утонет в своей печали. Чтобы избежать катастрофы, человек держит себя, боится отпустить. Но сдерживание требует колоссальных усилий воли, и когда силы заканчиваются, человек сдается и погружается в озеро – впадает в депрессию.
Приняв отчаяние, пациент оказывается способным осознать источник этого чувства. И может соотнести свое отчаяние с ранним детством, когда никто дал ему не ни ответной любви, ни симпатии. Он чувствовал себя ужасно одиноким, ему было очень больно, он отчаялся получить любовь и симпатию, в которых так отчаянно нуждался. Он мог сказать себе: «Перестань. Какой смысл добиваться их любви. Им все равно». Но ни один ребенок не сможет принять безнадежность ситуации и при этом выжить. Ребенок будет отрицать свое отчаяние. Он должен верить, что любовь есть, что он сможет ее добиться, если будет сильнее стараться быть хорошим, таким, каким его хотят видеть. Ребенку приходится создать иллюзию, что на самом деле его любят, просто сейчас любви нет, потому что он сделал что-то плохое, неправильное. У ребенка нет другого выбора, кроме как стараться изо всех сил делать, что от него требуется, пытаясь доказать, что он достоин любви.
