Это отрывки из рассказа по мотивам истории DOOM 3/ который написан моей женой, Щекалевой Ольгой. Рассказ пока не закончен, так что это отрывки.
Продолжение рассказа
Отец был не в духе, наверное, его раздражало слушать постоянные исповеди приходских старух. Но для меня Андреас выдавил жалкую улыбку, больше похожую на ухмылку. Но я тогда не слишком-то акцентировал на этом внимание. Я искал защиты и поддержки и любую улыбку посчитал бы поддерживающей и доброжелательной. Кроме улыбок своих «мучителей», разумеется. Отец Андреас начал в тот день издалека. Он стал спрашивать, есть ли у меня любимый школьный предмет. Я сказал, что люблю историю, потому что она говорит о славных днях моей Церкви, восхваляет ее победы. Отец одобрительно хмыкнул. Он спросил, хотел бы я учить после школы историю церкви? Я ответил, что очень. На это священник поинтересовался у меня: «Где же изучают подробно славные дела Церкви?». Я не на шутку призадумался, не сразу поняв, куда он клонит…Священник был явно разочарован моим тугоумием! Он спросил: «У тебя нет никаких идей на этот счет?». Я ответил: «На исторических факультетах изучают в ряду прочего историю Церкви». Отец опешил – он не ожидал такого верного и одновременно неправильного ответа! Тогда он заявил: «Но, ты ведь понимаешь, что на данных специальностях очень много связано с историей великих держав и правителей, история Церкви стоит далеко не на первом месте». Я был в замешательстве, совсем растерян. И тут пожилой Андреас решил сделать мне явную подсказку: «Скажи, мальчик, а где я учился?». Я радостно ответил: «В семинарии!». Отец столь же радостно воскликнул: «Ну вот!». Я поразился такому простому ответу, ведь я никогда до этого не думал, что стану священником. Я спросил у Андреаса: «Разве я достоин стать священником?». «Да, мальчик, очень даже достоин» - лаконично ответил отец. Затем к отцу пришла прихожанка, попросила об исповеди и наш разговор естественным образом завершился.
Я говорил о своем возможном поступлении в семинарию с мамой. Она была рада моему решению и никоим образом не препятствовала. Она аргументировала свою радость тем, что праведная католичка должна гордиться ребенком-священником. Я думаю, если бы я был единственным ребенком в семье, а не одним из пяти, то мама не отпустила бы меня. А так она понимала, что внуки хоть от кого-то от детей будут и не стоит меня удерживать от «духовного поприща».
После этого я стал усиленно готовиться к поступлению. Штудировал работы святых отцов, еле-еле понимая смысл прочитанного, учил историю Церкви. Так продолжалось несколько месяцев. В школе я успешно сдал обязательные для выпуска экзамены и поехал в другой город, поступать в семинарию, предварительно взяв у отца Андреаса рекомендацию.
К моему несчастью, я поступил. Начались учебные будни, которые протекали на фоне жизни в семинарском общежитии. Такая жизнь была полна материальных лишений. Денег постоянно не хватало, еда в семинарской столовой была совершенно невкусная, какая-то пресная. Мои соседи по общежитию в большинстве своем были замкнутыми людьми, тяжело шли на контакт. Так что желаемого близкого общения со сверстниками я не получил. Преподаватели были людьми сухими и сдержанными, с ними никаких неформальных отношений тоже не сложилось. Предметы давались мне тяжело, я даже хотел уйти из семинарии из-за этого. Но меня удержало осознание, что своим уходом я разочарую маму и отца Андреаса. Тем более, я не представлял, чем бы хотел заниматься на светском поприще.
И вот, моя учеба в семинарии была завершена. Всех нас, выпускников, вызвали к епископу. Епископ спрашивал у каждого предпочтения по месту служения – хотите остаться в городе или отправиться в деревню. Я сказал, что хочу служить в городе. Я не представлял себе, как служить в деревне, так как никогда там не жил и был наслышан о скверном характере деревенских прихожан.
Епископ учел мое мнение и отправил меня в город М.
Продолжение следует