Вытри эти слезы, Лиза! - приказала она, как будто бы желая сказать нечто большее.

Вытри эти слезы, Лиза! - приказала она, как будто бы желая сказать нечто большее. - Он пришел с хорошей вестью!

- Что ты имеешь в виду?

Элизабет бросила короткий, злой взгляд на Джулию, и опять на Реджину.

Джек стоял спиной к дому, наблюдая за девушками.

Он ждал, пока Джулия, Реджина и Элизабет не выйдут на улицу, чтобы пойти с ними. Джек проследил, как они сели в машину.

- Что происходит? -спросил он, боясь услышать ответ.

Тишину нарушил негромкий голос с заднего сиденья.

Реджине не хотелось отвечать, поэтому она промолчала, не зная, что сказать.

На самом деле, у нее было несколько предложений, и она хотела озвучить их Джеку, но пока что решила промолчать.

Даже если бы они знали, что он был убит, она бы все равно ничего не сказала.

Она просто не могла в это поверить.

Как он мог произойти этот несчастный случай с кем-то, кого он даже не знает?

Все, что она может сейчас - это смотреть ему в глаза.

Нет, все, что у нее осталось - это присутствие духа.

Если она сможет справиться с собой, то сможет объяснить ему, что произошло.

Джеку стало интересно, насколько сильными были эти чувства, которые он испытывал.

Джулия и Элизабет съежились в салоне, как зайцы, пойманные лисой.

Смущение, с которым они сейчас выглядели, удивило его, и он задумался, что ему сейчас больше всего хочется сделать.

Открыть заднюю дверь и выпрыгнуть на землю, или остаться в машине и вести себя так, словно ничего не произошло?

За это время каждая секунда разговора между Реджиной и Элизабет стала для него гвоздем в его сердце.

Затем Джулия заговорила.

Голос у нее был хриплым и прерывистым.

Черт, они напугали всех, а не только его.

Девушка вцепилась пальцами в подлокотник и наклонилась вперед, стараясь не смотреть в глаза Джеку.

В машине воцарилась напряженная тишина.

Какое облегчение!

Но в ту же минуту она услышала пронзительный голос Элизабет.

Это был крик, полный страха и паники.

Его вкус все еще чувствовался у него на языке.

Очень, очень медленно он, наконец, понял, что происходит.