Секунда – и она в ярме. Причем в полном. Он был не против. В конце концов, ожерелье – это женское украшение. После свадьбы его отец вывел их в поле, взял палку и воткнул в землю:
– Вот тут, детки, будет ваш дом, – сказал и ушел.
Камила мгновенно включилась в игру и стала вить гнездышко. Каждый день стаскивала веточки, приклеивала их слюнкой и ждала, когда же утихнет ветер. Он нервно курил и наблюдал за ее тщетными попытками «родить» дом. Она была смекалистой и стала стаскивать камни. Затем научилась создавать кирпичи из глины, песка и высушенных трав. Потом ее технология пошла так далеко, что Он потерял Камилу из виду. Но, что самое парадоксальное, дом стал строиться сам. Вернее, Он в этом был убежден.
Он ходил по дому, считая комнаты. Сбивался и начинал заново.
– Какой же у меня отец чародей! Палку воткнул и дом построился.
– Ага, – еле переводя дух и поглаживая натруженную шею, щебетала Камила.
Все было хорошо пока «ожерелье» не треснуло и не спало. Камила обвела глазами свой рай и увидела того, кого сюда занесло по ошибке.
– Его что, ветром из ада надуло?
Она вынесла из дома топчан, поставила в поле и улеглась греть пузико. Ветер потихоньку стал расшатывать стены. Появились трещины. Ему было неуютно – сигареты тухли.
– Эй, чего разлеглась?
– Ничего. Просто размышляю о смысле жизни.
– Занеси немедленно топчан в дом!
– Зачем?
– Без него стены рушатся.
Он был уверен, что топчан обладал магическими свойствами и сам построил вокруг себя стены.
– Такой большой мальчик, – сказала она, прикапывая ногой ярмо, – а в сказки веришь.
Камила ушла, а он уверовал в то, что она ведьма.
– Заколдовала палку и топчан! Теперь они не работают. Ух, ведьма!