Велосипед лихо врезался в потоки встречного ветра. Воздух щекотал щеки и, казалось, само солнышко целует в лицо. Весна в этом году пришла внезапно, после долгой слякотной московской зимы. Вдруг, бах, и за пару дней - плюс семнадцать, бах - и всё зелёное. Вера неспешно крутила педали, рассматривала пышные, сочные кроны ещё вчера унылых лысых деревьев. Тишина парка откликалась её внутренней тишине, свет отражался в свете. Вера полуулыбалась, полужмурилась от солнца. От удовольствия она даже закрыла глаза. И, спустя пару секунд, свалилась в овраг. От боли из глаз брызнули слёзы, но потом она вдруг засмеялась. Я бы хотела сказать, что её звонкий смех несся по пустому парку и смешивался с пением птиц, но нет, она хохотала до одури, до колик в животе. Ведь впервые за несколько месяцев, с тех пор как её бросил Максим, Вера почувствовала себя живой. Вот разодранная коленка, вот к щеке прилипла грязь, а вот шишка на лбу, и она болит. Чуть отдышавшись, Вера начала осматриваться по сторона