Свободное время – обычно вечером, после ужина и снятия шкурок – при охоте артелями посвящалось обсуждению итогов прошедшего дня. Охотники перекидывались шутками, острили над промахами новичков, рассказывали о своих похождениях. Умелые рассказчики промысловых быличек, знатоки народного фольклора и просто остроумные люди были широко известны и ценимы. В крупные церковные праздники устраивались нерабочие дни. Промысловики ходили в гости в ближайшие угодья, занимались по хозяйству в своей избушке, а если были недалеко от дома, возвращались на время праздников в селенье.
При одиночном промысле в ближних угодьях некоторые охотники брали с собой «сигудэк» – трехструнный смычковый и щипковый музыкальный инструмент, на котором играли по вечерам. Красочное описании игры на сигудке приводит в своих очерках об экспедиции к коми-зырянам С.И. Сергель:
«По рассказам было видно, что Илля-Вась любит свою охотничью жизнь и хорошо знает лес с его пернатым и пушным населением. – Не скучно ли вам бывает в долгие зимние вечера? Ведь день зимою здесь такой короткий? – спросил я. – Привык, не скучаю. Да и работы хватает. А то поиграю на сигудэке, вот и веселей станет, – возразил охотник. – Это что за сигудэк? – удивился я. В ответ Илля-Вась молча снял со стены висевший между одеждой небольшой инструмент, по виду немного напоминающий скрипку. «Сигудэк» имел три струны, настраивавшиеся в тоне ре—си—соль, то есть подобно гитаре. Смычком служил прутик с натянутыми на него конскими волосами. Илля-Вась настроил инструмент и заиграл. Избушка огласилась простыми мелодическими звуками какой-то песни, немного печальной, напоминавшей что-то очень давнее, минувшее. Илля-Вась играл с чувством, немного склонив к инструменту лохматую голову и прислушиваясь к напеву струн. Я тоже с удовольствием слушал эту игру, хорошо гармонировавшую со светом лучины и с темным лесом за оконцами уединенной избушки».
Иногда в качестве звукоснимателя для сигудков использовали металлические пороховницы. Один из таких экспонатов был привезен С.И. Сергелем в 1906 г.
Автор текста: научный сотрудник высшей категории отдела этнографии народов поволжья и приуралья, кандидат исторических наук, Чувьюров Александр Алексеевич.