Эдвард Радзинский называет Алексея Каплера самым главным сердцеедом столицы. И в самом деле, кинодраматургу удалось завоевать даже сердце дочери Сталина. Однако, несмотря на любовь к противоположному полу, друзья называли Каплера женским именем. Точно так же обращалась к нему и Светлана Аллилуева.
«Мужья на Каплера не обижаются»
Судьба свела Светлану Аллилуеву с Алексеем Каплером, когда ее брат Василий взялся консультировать новый фильм о летчиках. Для этой цели Василий Сталин познакомился со многими кинематографистами, среди которых оказался и Каплер. В 1942 Сталин-младший привез Алексея Яковлевича на дачу в Зубалово. Как утверждала Светлана Аллилуева в своих мемуарах «Дочь Сталина», в первый момент она не произвела на Каплера никакого впечатления, впрочем, и кинодраматург поначалу ничем не заинтересовал дочь вождя. Однако во время Ноябрьских праздников, когда Алексей Каплер снова наведался к Сталиным и пригласил Светлану на танец, между ними, как выразилась Аллилуева, «протянулись крепкие нити».
Возможно, что Светлана Иосифовна немного лукавила насчет первого впечатления. Дело в том, что Каплер, которому в тот период было около сорока, давно прослыл главным сердцеедом столицы. По крайней мере, именно так его называет Эдвард Радзинский в своей книге «Сталин». Алексей Каплер легко заводил романы даже с замужними дамами. По словам того же Радзинского, это был настолько обаятельный человек, что, когда одному обманутому супругу сообщили о том, что его жена встречается с Каплером, тот ответил: «Мужья на Каплера не обижаются». Да и Светлана Аллилуева так охарактеризовала кинематографиста: «У него был дар легкого непринужденного общения с самыми разными людьми. Он был дружелюбен, весел, ему было все интересно».
Несостоявшийся кавалер
Неудивительно, что такой мужчина без труда завоевал даже сердце дочери самого главного человека в стране. Тем более, что Светлане Аллилуевой тогда исполнилось всего 16 лет. Алексей Каплер же, как указано в сборнике «Сталин» под редакцией И.А. Анискина, уже был состоявшимся драматургом, потому как к моменту встречи с Аллилуевой он являлся автором двух знаменитых кинокартин «Ленин в Октябре» и «Ленин в 1918 году». Несмотря на вклад Каплера в идеологию, Сталин, узнав о его романе со Светланой, ударил последнюю по лицу и отобрал все письма кавалера. Алексею Яковлевичу пришлось заплатить гораздо дороже: в 1943 году он был арестован в первый раз, в 1948 году – во второй, и окончательно освободился только после смерти Сталина.
Каплер и Аллилуева встретились снова в декабре 1954 года на II Всесоюзном съезде писателей. Светлана, за плечами которой уже было два брака, а на руках – сын, была не прочь продолжить отношения. Но Каплер ее не подпустил. Впрочем, Аллилуева все равно появлялась на даче бывшего возлюбленного даже тогда, когда тот этого не хотел, и подружилась с его сыном Анатолием. Судя по всему, она до сих пор испытывала к Алексею Яковлевичу определенные чувства. Светлана Иосифовна постоянно вспоминала Каплера и после его смерти. При этом дочь Сталина, как отмечает Рафаэль Гругман, автор издания «Светлана Аллилуева – Пастернаку», называла Каплера «Люсей».
Настоящее и вымышленное имена
И действительно, именно под этим женским именем Алексей Каплер фигурирует в мемуарах Светланы Аллилуевой. Аллилуева не объясняла, почему имя Люся стало именем ее возлюбленного, упоминала лишь о том, что так называли Каплера друзья. Неужели Алексей – это ненастоящее имя Каплера? Это и в самом деле так. По крайней мере, Леонид и Игорь Киржнер, авторы издания «Носящие вымышленное имя», пишут о том, что при рождении кинодраматург носил имя Лазарь. Сменить имя Каплера заставила мать. Как бы то ни было, Лазарь не слишком соотносится с Люсей. Уменьшительно-ласкательными формами имя Лазарь являются: Лазарик, Лазаренька, Лазаречка, Лазарка, Лазечка, Лазенька, а Алексея называют Алешей, Алешенькой, Лешей и даже Леней.
Как видно из перечисленных уменьшительно-ласкательных форм имен Лазарь и Алексей, ни о какой Люсе здесь и речи быть не может. Завесу тайны приоткрывают Владимир Успенский и Андрей Колмогоров, авторы книги «Труды по нематематике». Успенский и Колмогоров со ссылкой на писателя Михаила Ардова пишут, что в советское время достижение кинодеятелем высшего признания в своем кругу знаменовалось тем, что его начинали называть уменьшительным женским именем. Неизвестно, как и почему сложилась такая традиция, но ее существование подтверждается не только историей Алексея Каплера. Например, сценариста Михаила Блеймана звали Микой, документалиста Романа Кармена — Риммой, а режиссера Фридриха Эрмлера — Фридой.