Осторожно ступая по хрусткому гравию, мы проследовали за полковником вглубь схрона. Наземная его часть ограничивалась лишь длинной лестницей, уходящий в просторные и тёмные подземные помещения. Вопреки моим ожиданиям, Калаш оборудовал схрон не в сыром коллекторе, а устроился с удобством в обширном и сухом подземелье, предназначенном, по-видимому для каких-то хознужд. Строение более всего походило на склад, оборудованный в подвальном комплексе.
Серые стены с облупившейся краской. Большие ржавые холодильные камеры промышленного назначения. Горы полуистлевших деревянных ящиков. Сквозь которые еле виднелась скрытая от беглого взора массивная железная дверь.
- Неплохо Калаш заныкался, - присвистнул Карась. – Если бы не знал, что именно тут ищу, никогда бы не заметил входа в его берлогу.
- Это мы ещё слегка расчистили, - пробасил высокий «долговец» в тяжёлой броне. – Финик таскал мусор, как заведённый. Говорил, мол, не терпится на нормальной кровати вздремнуть. Калаш всё же – тот ещё эстет. Он на тухлых матрасах спать не будет.
Аккуратно пробравшись к двери, обходя раскиданную тут и там острую арматуру, Петренко с усилием потянул на себя массивную дверь. Ржавые петли истошно заскрипели, буквально раскалывая хрупкую тишину душного полуподвала.
- Ловушки были? – Поинтересовался он у Финика.
- Растяжка у двери, хорошо спрятанная. И ловушка на основе электропроводящего арта, уже изрядно потерявшего мощность от местной сырости. Хорошо, Фанат его заметил, иначе бы шибануло. Не насмерть, но приятного мало. Ожоги и тремор конечностей точно были бы обеспечены.
- Сейчас включу свет. – Предупредил нас юркий Финик, успевший войти в жилые помещения раньше полковника. – Керосинка погасла. А я тут, вроде как, уже ориентируюсь.
В тусклых лучах керосиновой лампы появились очертания чистой, ухоженной комнаты с тремя двухъярусными кроватями вдоль стен. Самый дальний угол занимали стол и советский несгораемый шкаф.
- Даже холодильник имеется и самопальный генератор, так что электричество тут, в принципе, есть. Работает от одной Батарейки и ещё пары артов. Под них сделаны специальные ячейки с подведёнными диодами. Но самих артефактов на месте нет. Обыскали тайник, никаких намёков. Я уже скинул данную систему нашим техникам. - Отчитался перед начальством Финик. - Нам пригодится. Генератор лёгкий и весьма портативный.
- А ещё тут есть сейф. – Уточнил Фанат. - Мы попытались его вскрыть, но безрезультатно. Придётся брать с собой и тащить до Базы «Вольных». Благо, он небольшой. Но приятного мало. Инженеры с «Ростка» сейчас заняты каким-то проектом на «Выжигателе». Обещали подсобить. Но сами идти к схрону не хотят ни в какую. Говорят, перед Выбросом местное зверьё совсем с катушек слетело. На «Радаре» просто полчища монстров. Так что путь предстоит нелёгкий.
- Что ж, печально, - вздохнул полковник. – Полчаса отдыхаем. Мы с Карасём пока ещё раз осмотрим схрон. Дорога на «Радар» будет сложной. Кто вчера не озаботился, предлагаю сейчас проверить и почистить оружие.
Бочка с Домрой расположились на нижних ярусах коек, откинувшись на жёсткой панцирной сетке.
- Лепота, - расслабленно зевнул Домра. – Я был однажды в этом схроне, когда Калаш вёл нас в Припять, в обход «Радара». Тогда там шли ожесточённые бои вольных с фанатиками. «Долг» и «Свобода» ещё не вступились за сталкеров и «Монолит» рвал «одиночек», как Тузик грелку, что оказалось вполне на руку ушлому Калашу. Больше шансов проскользнуть незамеченными.
Филонов тогда был ещё жив и помог ему сгладить какие-то тёрки с Наёмниками... Они даже выделили своего проводника, чтобы тот провёл нас "Топкой долиной", расположившейся вдоль "Радара". Все это произошло незадолго до нашего фатального дипломатического «фиаско» на «Дикой территории». Где Калашников вёл себя так, будто ему море по колено, а Камрад – не сват и не брат, а так – поросячий хвостик. Хотя они трое – Филонов, Калаш и Камрад – дружили с детства, но теперь оказались по разную сторону баррикад.
Лично я этого бешенного пса терпеть не могу, как впрочем и всю его шайку-лейку. Не знаешь, чего ожидать от продажной задницы Камрада. В купе с импульсивностью и мстительностью – это крайне опасный, зажигательный коктейль.
Сам я когда-то не кисло попал под его раздачу. Будучи ещё в рядах вооружённых сил, нашёл я в глубоком рейде редкий артефакт – «Пламя». На чёрном рынке его цена достигает колоссальных сумм – до нескольких лямов в деревянном эквиваленте.
В общем, я не на шутку обрадовался. Командованию об арте решил не докладывать. Потому как максимум – начальство просто его забарыжит на большую землю, через наёмников. А дома у меня семья, мать больная. Отец давно умер. Сам на себе всю семью тяну. Трое детишек у меня и жена – красавица. Решил я им подарок сделать к лету – собственный домик у моря. Давно деньги собирал. А тут шанс накопить на мечту наконец стал вполне осязаемым, безо всяких кредитов и займов.
Сныкал артефакт в надёжном месте. Вернулся на базу с сослуживцами, в срок. А начальству уже всё известно. Кто-то в рейде подсмотрел за мной и командиру нужную информацию слил. Полковник стал меня устрашать, пугать дисбатом. Но я не кололся – знал, что кроме как честного слова от крысы, что меня слила, других доказательств существования арта - нет.
Тогда меня оставили на время в покое. Даже не били. Просто допросили с пристрастием и кинули в застенки за «присвоение государственной собственности», вы представляете?
Да я сам этот арт нашёл, в «Огненное болото» за ним залез. Страшная аномалия. Представьте себе огромную, бурлящую воронку, полную смердящей жижи и торфа, наружу вырываются десятки жарок. Температура такая – что ни одна аппаратура не выдерживает. И я вдруг увидел радужное мерцание на самом берегу аномалии. Соорудил хомут из тугоплавких материалов, два дня ходил туда, как на рыбалку, пока все спали. И, наконец, всё срослось.
В то время, как государство давно опрокинуло нас на четвереньки... Снабжает только остро дефицитными вещами. Платят копейки – нахрен посрезали все зарплаты, потому что «сталкеры больше пользы приносят, в первую очередь им надо платить».
Короче, так разозлился я за два дня в карцере. Сидел, как чёрт в микроволновке. Кипел и пыхтел от ощущения несправедливости…
А потом пришёл Камрад… И небо мне показалось с овчинку. У нашего полковника были какие-то мутки с его группой. Через них он переправлял артефакты на большую землю.
Почуяв свою выгоду, полкан забил копытом и пригласил опытного палача, чтоб расколоть «крысу» - так все меня звали.
Камрад сам, лично, меня пытал. Но я знал, что моя смерть в их планы не входит, ибо тогда мой секрет погибнет вместе со мной. Не получив ответов, он погнал меня в Зону, отмычкой. И они со своими шавками всю дорогу ржали, мол, вот, «закон их тоже защищает». Глумились, как приятно получить в своё полное распоряжение «представителя власти».
А потом Камрад пообещал, что они меня разденут догола, если не расколюсь, где спрятал арт и обваляют в "Жгучем пухе". А затем закопают живьём в Зоне. После чего придут к моей семье и перетрахают их с особой изощрённостью – и детей, и жену, и мать.
Нервы у этого пса уже знатно сдавали – непривычно, что пленный никак не хотел раскалываться. В общем, к концу недели я остался без пальцев на левой ноге… Но дело уже было не в принципе и не в жадности. Я точно знал, что меня убьют, как только узнают, где тайник, а потом бросят в Зоне и спишут всё на несчастный случай. А у меня семья.
В итоге, я пообещал им, что доведу их до тайника. Потому как знал, что Камрад обязательно исполнит свои обещания.
По дороге, на моё счастье, нам встретилась группа Лиса, которая отбила меня, полуживого от этих упырков. Добравшись до "Ростка", я тут же дал знать вышестоящему командованию о беспределе, что творится на нашей базе.
С полкана смахнули погоны и погнали из армии поганой метлой. Даже уголовное дело завели, но он сумел откупиться. Успел всласть поворовать, пока был у кормушки…
Меня отправили сначала в госпиталь, а потом на службу в другую часть. А через некоторое время туда же пришёл и мой полкан. Разжалованный, но вполне себе самодовольный и до сих пор служащий в рядах вооружённых сил. Такие вот у нас в стране законы. Деньги решают абсолютно всё.
О той истории он подчёркнуто не вспоминал. Но осложнял мне жизнь по мелочи. Затыкал моей тушкой все дыры, распространял слухи.
В итоге, когда делегатов отправили к сталкерам, на «Радар», многие были уверены, что там мы и поляжем. Полкан потирал руки – отправил упрямого олуха на смерть.
Но представьте моё удивление, когда я встретил там бродягу-Лиса!.. Мы долго беседовали, а потом я сложил свои военные полномочия и тоже стал «вольной птахой». Такие дела. – Закончил свой рассказ Домра. – Все считают меня предателем. И военные, и сталкеры. Но только я и Камрад знаем, как было на самом деле. А полкан уже подох. Туда ему и дорога. Эта тварь мне чуть жизнь не сломала и поставила под удар мою семью. Спасибо моему дядьке – Сахарову – он их хорошенько спрятал. Поднял старые связи и отправил их в самое надёжное место, под круглосуточную охрану, в закрытый городок. А я теперь батрачу на весь этот праздник жизни. Вот пристрелю Камрада, тогда успокоюсь. А пока берусь за любое дело, лишь бы спокойно спать по ночам.
- Дааа, дела... - Протянул Мут. - А я всё думал, что служба тебе надоела.
- Может и надоела. Но если бы не тот случай, то я бы ни за что не решился... - Горько усмехнулся Домра. - А арт пришлось продать, чтобы обеспечить безопасность моей семьи. Такие вот пироги. Жадность фраера сгубила. После того, как я дизертировал, Лис мне очень помог. Наёмники грозились меня поймать и казнить. Камрад брызгал слюной, что порвёт меня голыми руками. Петренко, спасибо ему, сумел через Воронина отсрочить мою предполагаемую казнь. Наёмники признают силу группировки и иногда идут с генералом на компромисс. В благодарность я подписал контракт с "Долгом" на три года, без необходимости вступать в группировку. И знаете, впервые за три года в Зоне я чувствую себя в относительной безопасности, среди друзей.
_____________________________________________________________________________________________