Послушание Богу тесно связано с послушанием человеку. Ведь Бога мы не видим и часто под угождением Ему мы на самом деле понимаем угождение собственным желаниям. Ведь так удобно делать то, что мне хочется, но при этом еще заявлять, что я исполняю не свою, а Божью волю. Недавно я дал одному брату небольшое задание на послушание. Он сразу мне бросил в ответ: «А можно я буду послушаться по-другому?» И замолчал, постепенно осознавая какую глупость сказал, ведь слово послушание применимо только к тому, что ему было сказано, но никак не к тому, чего он хотел сам.
Ситуация резко меняется, когда я готов повиноваться человеку, поскольку очевидно, что далеко не всегда его и моя воля будут совпадать. Такая готовность будет тренировать смирение.
Писание определенно говорит нам о такой тренировке, призывая быть в повиновении друг у друга в страхе Божьем. Повиновение и послушание является в соответствии с Еф. 5:18-21, необходимым условием для исполнения Святым Духом. Другие условия – назидание через молитву духа, и духовное пение, и умение благодарить Бога за все.
В следующей главе читаем о послушании жен мужьям, детей родителям, а также о рабочих взаимоотношениях: «Рабы, повинуйтесь господам своим по плоти со страхом и трепетом, в простоте сердца вашего, как Христу, не с видимою только услужливостью, как человекоугодники, но как рабы Христовы, исполняя волю Божию от души, служа с усердием, как Господу, а не как человекам, зная, что каждый получит от Господа по мере добра, которое он сделал, раб ли, или свободный» (Еф.6:5-8).
Сегодня эту заповедь можно применить в отношении работников и работодателей. Повиноваться оказывается можно не просто из-за выгоды, но со страхом Божьим, как Христу. Апостол говорит об искреннем послушании от сердца. Богу не интересна внешняя форма – Ему хочется видеть смиренное перед Ним сердце, которое проявляет состояние смирения везде: в семье, на работе, в церкви. Награду же за смирение надо ожидать не от человека – это слишком дешево. Господь будет награждать по мере сделанного добра в простоте сердца.
Смирение перед человеком может принимать и неочевидные формы. Вспомним Давида, проявившего смирение перед Саулом, Авраама – перед Лотом и Иакова – перед Исавом. Люди Божьи всегда понимали, что смирение перед Богом должно проявляться и на уровне человеческих отношений. Смирение всегда выигрышно!
«Ибо так говорит Высокий и Превознесенный, вечно Живущий, - Святый имя Его: Я живу на высоте небес и во святилище, и также с сокрушенными и смиренными духом, чтобы оживлять дух смиренных и оживлять сердца сокрушенных» (Ис.57:15).
Еще один пример отношений, где может проявляться и возрастать смирение – это отношения с духовными наставниками: «Повинуйтесь наставникам вашим и будьте покорны, ибо они неусыпно пекутся о душах ваших, как обязанные дать отчет; чтобы они делали это с радостью, а не воздыхая, ибо это для вас неполезно» (Евр.13:17). Чтобы исполнить эту заповедь надо прежде всего иметь духовных наставников. Не секрет, что у огромного числа современных христиан их просто нет. Если вы, дорогой читатель, хотите увидеть в своей жизни возвышение благодатью Божьей, обретите духовных наставников, любите и цените их, будьте им покорны.
В послании к Филиппийцам, апостол еще более расширяет рамки нашего смирения: «ничего не делайте по любопрению (из-за соперничества) или по тщеславию, но по смиренномудрию почитайте один другого высшим себя. Не о себе только каждый заботься, но каждый и о других» (Фил.2:3,4).
Почитать других людей выше себя требует великого смирения. Мы ведь привыкли гордиться своим материальным или социальным положением. Почитать тех, кто добился в жизни большего чем мы тоже непросто, но насколько сложнее считать выше тех, кто в социальной лестнице стоит ниже нас…
Если бы мы считали другого выше себя, разве мы ругали бы его, разве оскорбляли бы или хамили? Наоборот, мы бы искренне почитали и уважали всех окружающих.
Речь не идет об унижении себя перед другими, но о почтении и способности наступать на эгоистические мотивы. Смиренномудрие учит нас почитать всех и относиться ко всем по возможности одинаково хорошо.