Есть писатели, про которых невозможно сказать «модные». В них нет отзывчивости на непостоянство вкусов публики, которая вертит пустыми башками в разные стороны, туда-сюда; они не ищут взаимности у литературных критиков – похвалят ли те, забранят ли эти; им важен и дорог сам промежуток письма, от замысла до готового текста.
Таких писателей всегда было немного, два-три автора на поколение. При удачном стечении обстоятельств, война или там революция, - словесность всегда подпитывалась бедствиями, - немодные писатели вызревали дружнее, чаще. Современники неохотно признавали за ними право не следовать никаким течениям или направлениям и сильно радовались, если всё же удавалось загнать одиночку-автора в какое-нибудь литературное стойло. Немодные писатели печально смотрели на современников воловьими глазами, словно просили о снисхождении.
Первые фразы их романов запоминаются сразу и на всю жизнь.
«Смерть пахла в России иначе, чем в Африке». Эрих Мария Ремарк. «Время жить и время умирать», Первая фраза может быть лучше, может быть ценнее, чем весь остальной роман – циклопическая пристройка к шедевру из нескольких слов. Да простят меня поклонники Булгакова, а я и сам среди них, но цитируемый Воландом текст: «В белом плаще с кровавым подбоем, шаркающей кавалерийской походкой…» - самое ценное, что есть в романе о прокураторе Иудеи.
Литература больших форм часто позволяет спрятать писательские изъяны за разветвлённым сюжетом. Другое дело – рассказы. Авторские удачи и неудачи видны сразу.
Вот рассказы моего с детства любимого Бориса Житкова. Мощная, серьёзная литература. Уровень Хемингуэя. В двадцатые годы прошлого века авторы в разных странах начали писать проще, яснее, углубляя подтекст.
Потрясающий рассказ «Мышкин».
Эпическое начало: «Вот я расскажу вам, как я мстил, единственный раз в жизни, и мстил кровно, не разжимая зубов, и держал в груди спертый дух, пока не спустил курок».
И финал - забивает последний гвоздь в надёжно построенный дом-текст:
«Я повернулся, я широко вздохнул в первый раз за все это время.
В дверях стоял мальчишка, распахнув рот. Он слышал выстрел.
- Её? - он охрип от волнения.
- Погляди, - и я кивнул назад.
Этот день мы вместе собирали ракушки».
Не буду рассказывать, кто такой Мышкин, что с ним случилось, кому и за что мстил герой. Кто не читал - прочтите . Настоящая мужская проза, секрет которой сегодня утерян. Как тайна верескового мёда.