Автор: Hoomkeen
Опустошенный Рим встречал возвращающихся беженцев и кладбищенская тишина его длинных улиц и широких форумов вновь наполнились голосами людей. Разгромленная и раздавленная система империи больше не работала - прекратились поставки хлеба, не выполнялись распоряжения для провинций, сенаторы больше не владели неисчислимыми латифундиями по всей Европе, не было ни золота, ни легионов, ни деятельного населения. Всё, что пыталось продолжать существовать по имперским порядкам, сталкивалось с необходимостью выполнения жестких ограничений, законов и требований, которые за несколько веков выработала римская бюрократия - и неизбежно буксовала, не в силах вынести налоговый и правовой гнет без мощной подпитки извне, которую когда-то организовывали для страны отдаленные провинции. Император был убит, но никто не дерзнул выставить свою кандидатуру, очевидно понимая о невообразимом грузе полученных с титулом обязательств, которые в случае невыполнения грозят быстрой кровавой расправой.
Разграбленные церкви были заняты скорейшим восстановлением своего внешнего лоска и величия - кое-что и святынь вандалы всё же пощадили, например железную цепь из собора Сан-Пьетро-ин-Винколи, которая по легенде соединилась в руках папы Льва в единое целое. Чудо произошло, когда императрица Лициния Евдоксия привезла одну из цепей, в которых по преданию держали перед казнью св. Петра из Константинополя. Ещё одна из этих цепей хранилась в Риме, и в руках священника они чудесным образом спаялись в одно целое. Пиратам обычная железная цепь не приглянулась, и реликвия осталась на радость будущим паломникам.
Теперь же императрица и её дочери находились в плену в Африке, что, вкупе со смертью Пульхерии, привело к тому, что по прошествии 60-ти лет династия Феодосия больше не правила нигде в Римской империи. На востоке остался муж Пульхерии - старик Маркиан, и власть при нем прибирали к рукам варварский полководец арианин Флавий Ардавур Аспар и трое его сыновей.
Аспар и его сын Флавий Ардавур Юниор оккупировали важнейшие военные посты Византии, тем самым нарушив мудрую традицию не выдавать высшие военные чины одной семье. Маркиан был занят - он отражал вторжения варваров из Аравии, продолжал вялый конфликт с Персией и боролся с восстанием на Кавказе. Кроме того император на востоке был гораздо сильнее вовлечен в церковные споры и интриги. Возможности вмешиваться в дела западной части империи у него были ограничены.
В Иллирии (это современная Хорватия), на границе западной и восточной части империи уже несколько лет правил один из генералов Аэция - Марцеллин, так и не признавший после убийства Валентиниана императором Максима. Марцеллину, как одному из известных полководцев Аэция, подчинялись не легионы Иллирика, но и часть римского флота, база которого на Адриатическом море была как раз в городе, который он избрал местом своего правления - Салоне. Кроме того у него в распоряжении были наемники из варваров и покровительство соседа - восточная Римская Империя, за последние пятьдесят лет уже потихоньку отжавшая у Западной часть Паннонии признала за ним особый титул "военный комендант Далмации".
В Африке царствовал злой разбойник Бармалей Гейзерих. Обладатель самого большого флота на западе вандал успешно терроризировал Италию и полностью привел к покорности острова западной части Средиземного моря. После триумфального разграбления Рима вандалы продолжили ежегодные пиратские набеги, один за другим разоряя разные Итальянские области.
Испания утратила связь с империей - все крупные города и области обложили данью свевы, которые под предводительством короля Рехиара совершали грабительские рейды по зависимым от них землям.
Наиболее спокойной выглядела ситуация в Галлии - самое сильное и многолюдное из королевств варваров - вестготское королевство придерживалось в те годы лояльной по отношению к империи политике. Предыдущий король вестготов Торсимунд был убит своими братьями, и теперь правили Теодорих II и его брат Фридерих (ставший главнокомандующим армии). Братья проводили проимперскую политику, признавали себя федератами империи, но не вернули ничего, из того, что успел отжать для своего королевства Торсимунд. Прибывший в Галлию из Рима Авит собирался нанять вестготов в армию, которая обеспечила бы императору Максиму силовой рычаг воздействия на страну, но не успел закончить свои дела, как пришла трагическая весть из Рима.
Шло время, а известия о новых императорах из Рима не приходили. Безрассудных смельчаков, которые были готовы напялить на себя диадему и пурпур и далее отправиться кормить рыб в канализацию больше не нашлось. В Италии больше не было людей, которые могли с уверенностью сказать, что их любит сенат и народ, уважает армия и поддержит Константинополь. В этих условиях пустующий трон решил занять сам Авит. Это был уже пожилой человек, но он пользовался большим авторитетом у вестготов, так как долгое время был доверенным лицом Аэция при детях Теодориха. Собственно, он воспитывал короля вестготов и его братьев, учил их римским манерам и после обсуждения создавшегося положения мог смело положиться на большую варварскую армию, которая доминировала на всем западе. Старый соратник Аэция, политик хорошо знал его генералов, которые сейчас командовали в разных уголках страны легионами, и рассчитывал договориться с каждым по отдельности.
Рядом с Авитом оказалось множество воинов из Галлии, которые хорошо зарекомендовали себя при Аэции. За спиной были тысячи готов и верные ему молодые короли. Вновь провозглашенный император поставил начальником Галлии бывшего соратника Аэция - генерала Эгидия, после чего остановился в Арле и начал оттуда распоряжаться присвоенной им империей. В июле пришло известие, что сенат Рима, за неимением других кандидатур, признает правление Авита. Однако император мудро предпочел какое-то время править из Арля - генералом в Италии он назначил находящегося там Рицимера.
Сей славный муж (Рицимер) не мог похвастаться римским происхождением, поэтому не претендовал на императорский трон. Дитя союза свевских и вестготских королей, он с детства находился в заложниках при Аэции, и вместе с ним постепенно вырос до авторитетного полководца. Получив в распоряжение Италию, а также богатые налоги, которые собирались на защиту страны, Рицимер начал набирать наёмников и строить флот - в итоге его бурной деятельности пиратские отряды вандалов были вначале разгромлены на суше, а через некоторое время, к неописуемой радости Рима - и на море. Положение Италии немного улучшилось.
Когда-то давно римляне поддерживали лояльность варваров страхом. Потом они стали покупать лояльность деньгами и титулами. Авит, не имея ничего, стал покупать лояльность вестготов землей империи. По его просьбе вестготы отправились в Испанию и стали изгонять разбойничающих свевов. Всем было понятно, что при этом контроль над сбором налогов в Испании просто передается от формально независимых свевов формально зависимым вестготам, но приобретение земель любит ритуал - и за простое приглашение разобраться с проблемами в данной области Теодорих II видел официальное признание прав вестготского королевства.
Полностью обеспечив себе лояльность в тылу, Авит отправился в Италию и с триумфом прибыл в Рим, где мгновенно нажил себе множество проблем. Прибывший с императором двор из Арля начал занимать исконно римские места при дворце, чем показал полную оторванность нового императора от местной жизни. Впрочем, мнение недовольных местных сенаторов, спокойно перенесших разграбление вандалами, не сильно волновало нового императора. Проблема была скорее в том, что его так и не согласился признать восточный коллега - Марцелин. Император увяз в переговорах с востоком и упустил момент, которым воспользовался Рицимер.
Варвар, опасающийся за своё будущее, всё ещё самостоятельно оплачивающий услуги наемников и имеющий в Италии собственную армию, нашел для себя идеальную кандидатуру на трон империи - опального лучшего генерала Аэцмия - Майориана. Тот, когда-то незаслуженно отправленный на пенсию (интриги, интриги) рассматривался даже как кандидат в императоры, но после избрания Петрония Максима находился в подвешенном состоянии - его поманили императорской короной и взбудоражили амбиции, после чего он прибыл в Рим, где снова оказался никому не нужен. Предложение трона от Рицимера вполне удовлетворило знаменитого воина и Рицимер поднял восстание. Авторитет нескольких побех над пиратами, достойная кандидатура на трон, а также отсутствие рядом с Авитом основной его армии - готы занимались Испанией, решили исход дела.
Прошло всего несколько месяцев с возврещения в Рим Авита, и тот был настолько чужд городу, что для выплаты денег своей армии был вынужден переплавлять бронзовые статуи. В самой столице у императора не было ни достаточного количества сил, ни денег ни поддержки населения. Во время разгрома очередной шайки варваров, которые проникли в Италию для грабежа, армия провозгласила Майориана императором. Рицимер поддержал восстание и двинулся на столицу. По мере приближения Рицимера Авит был вынужден бежать на дружественный ему север. Рицимер и Майориан двигались вслед за ним, уничтожая насаженную Авитом администрацию. Наконец, соединившись с одним из подошедших отрядов, Авит мужественно решил контратаковать - но в схватке в городе Плаценция на севере Италии, столкнувшись с основными силами восставших, он потерял почти все свои силы. Запертый в городе, старик укрылся в церкви и принял там монашество. Жесткий Рицимер удовлетворился этим, оставив бывшего императора в живых, но оставил убийц, которые день и ночь ждали, когда Авит выйдет из церкви, что в итоге тот, движимый голодом и сделал (почти через полгода сидения в церкви). Печальная смерть, когда ты сам бросаешься на немилосердные ножи. После себя Авит успел оставить множество назначенцев в Галлии, которые были весьма недовольны переворотом Рицимера.
Успешен ли был новый император Майориан, мы узнаем в продолжении...
Наш небольшой экскурс по тёмным векам:
История Европы 400-450гг