Сельский мужик в сороковые годы – после войны - смастерил своими руками шкаф. Для одежды. Все получилось просто и функционально, без намека на стиль. Но и отсутствие стиля - стиль.
Обыкновенные доски, слегка обработанные, доведенные до гладкости, были соединены в шкаф.
Он стоял и стоял у стены в деревенской избе. И все к нему привыкли.
Появилось второе поколение, которое использовало шкаф из простых досок. Только немного его модернизировало: покрасили и покрыли лаком. Конечно, вид стал привлекательнее.
В начале семидесятых семейство переехало в город. И шкаф, конечно, не был забыт. Вместе с прочим домашним скарбом перекочевал на новое место жительства.
Третье поколение состарилось и освободило место молодежи. А шкаф как вечный: ничего ему не делалось. Большой, массивный, без легкомысленных украшений, очень функциональный, он как бы говорил, что всех-всех переживет. По сути, так оно и было.
И вот молодой мужчина из этой семьи женился. Деньжонки у него водились, и он купил собственное жилье. И, как старший представитель рода, забрал шкаф.
Жена городская, с хорошим вкусом, с хорошей зарплатой, то есть дама независимая и прямая, какое-то время терпела, как она говорила, это «уродство» в доме. Уродство, которое два человека не смогут поднять. Но, в конце концов, предъявила ультиматум: я или это «уродство». Мол, выбирай.
Муж отмахнулся от ультиматума, как от назойливой мухи. Тогда она связалась с какой-то фирмой, которая может забрать громоздкий предмет из натурального дерева – своими силами. Но у дамы хватило ума, чтобы представители фирмы приехали, когда ее муж был дома.
Произошло небольшое сражение, и жена потерпела поражение. Ей пришлось уступить.
Но она сдаваться не собиралась. И через пару дней вновь пошла в наступление. Обстановка на фронте накалялась. В воздухе запахло разводом: я нисколько не преувеличиваю. Потому что ненависть к чему-то или к кому-то имеет тенденцию расти. И у них практически дошло до рукоприкладства. И потом: упрямство – вещь всесильная. Иногда.
Тогда жена предложила отдать «уродство» в иконную лавку: пусть в нем хранят товары. Муж резко отказал.
После в действие вступило новое лицо. Это младшая сестра мужчины. Казалось бы, ей что за дело? Пусть они ругаются! И еще: она вовсе не собиралась шкаф перетащить к себе. Так как тоже не хотела видеть его у себя в доме.
Но у нее была вспышка разума. И ей стало жалко участников боевых действий. Она поехала в деревню, из которой вышел их род. Пришла к директору школы и предложила шкафчик забрать.
И на этот вариант братец ее упрямый согласие дал. Школа «раритет» забрала. Поставила в один из кабинетов и прикрепила табличку, что сей шкаф был изготовлен жителем села таким-то в таком-то году. И представляет из себя яркий образец «бытового искусства» времени – что-то в этом роде.
В результате амбиции мужчины были удовлетворены. Его жена освободилась от «уродства» и купила новый шкаф. Семейная реликвия была спасена. А школа приобрела даром некий исторический артефакт.
Все закончилось миром. А если бы не умная сестра этого мужчины? Согласитесь, что ехать в деревню и договариваться с директором – требует времени. И, главное, желания. А она нашла и то, и другое.
Конечно, очень часто мы к неким предметам относимся почти религиозно. Придаем им избыточное значение. Может, тот простой мужик, который делал этот шкаф, очень бы удивился, как к нему станут относиться впоследствии. Наверное, он бы запросто ударил пару раз обухом по своему «произведению» и покончил с «войной».