С началом войны, с самых первых ее дней, постановлением Совета народных комиссаров Союза ССР от 24 июня 1941 года «О мероприятиях по борьбе с парашютными десантами и диверсантами противника в прифронтовой полосе», были созданы истребительные батальоны. Задачей батальонов являлась борьба с диверсионными, парашютно-десантными группами противника и охрана военных объектов.
Далее история, рассказанная в 1980 году ветераном войны и труда Митькиным Николаем Петровичем о том, как...
Было это в начале войны. В жаркий июльский день в Усланскую контору Свирского участка связи, где я работал счетоводом, вбежал запыхавшийся начальник Александр Варов и говорит:
— Едем брать вражеский десант, ты готовь лошадь, будешь моим связистом.
Я мигом забыл о своей бухгалтерии и кинулся на конюшню картонной фабрики.
Оседлал кобылку, верхом прискакал к сельсовету, где скучились шестеро молодых мужчин во главе с Варовым. Всем выдали по ружью 16-го калибра и патронташу. И повел нас начальник к деревне Мандроги, где якобы по точным разведданным неприятель выбросил парашютистов. Идем налегке, дорога хорошая. За деревней Толстое передохнули у комбината, где раньше был лагерь — заключенные возили сюда лес вагонетками по лежневкам. Вот по этим лежневкам и движемся: Варов — на коне, мы — пехом. Пришли в Мандроги, опросили жителей, но никто никого из чужих не видел. Оставили лошадь, а сами тронулись в сторону Кондуцюй. У развилки Мандроги — Кондуши — Третья Свирь остановились.
Солнце ушло за горизонт. Варов расставил дозоры, приказал сидеть тихо, не курить. Мне сказал, что в случае, если появятся диверсанты и силы будут неравные, я должен бежать за подмогой. Сидим с товарищем Иваном Антиповым в кустах, помалкиваем. Кто-то нас стал жалить, зачесалось под рубахой. Я накрыл Ивана пиджаком, он чиркнул спичку и шепчет: «Сидим на муравейнике».
Наутро все сошлись вместе, посоветовались и решили податься обратно. У какого-то болотца услыхали вдруг голоса. Варов кричит:
— Окружай!
— и кинулся в обход болота.
Я бегу, а в голове одна мысль — не потерять бы своих, не заблудиться бы. Догнал их, смотрю, стоят, а среди них — трое в военной форме и с собакой-овчаркой. На требование сдать оружие двое отдали винтовки, а третий с собакой — ни в какую. Вышли на дорогу. Варов переговорил с пленными, отдал им винтовки, а нам пояснил: «Свои они, из истребительного батальона. Я с одним из них месяц назад в поселке Свирьстрой пиво пил». Разошлись с миром.
У лесокомбината, где полно было пустых банок, решили пострелять. Развесили их по кустам, ружья наизготовку и... ни один патрон не выстрелил: то ли порох сыроват, то ли запыжованы плохо. Так вот и закончилась та «героическая» история по ликвидации десанта.
Н. МИТЬКИН, ветеран войны и труда (1990)