«Крышак» стало сносить после того, как он продал свою машину. Он хотел освободиться от старой и купить новую. Только нужно было немного добавить денег. Или кредит, или у матери занять. Ему казалось, что дело решенное. Банк вряд ли откажет. Но, на худой конец, мамочка родная выручит.
Покупатель подвернулся неожиданно: мужик, живущий в соседнем дворе. Разговорились и сговорились. Мигом все вышло. Отдал ключи и документы. Получил деньги. Подсчитал, сколько нужно добавить.
У матери, конечно, удобнее. Потому что она проценты не возьмет. Отправился. Мать неожиданно пришла в настоящую ярость. Вскочила на ноги, раскричалась. Называла его «подростком», которому вынь да положь игрушечку. Что он старой игрушечкой наигрался, а теперь подавай новенькую. И приговор: денег не даст, а ему пора за ум браться. И еще: пожалела его жену, а свою невестку. Мол, как она, бедная, терпит? И отвернулась.
Вот так! Кто бы мог подумать? Не дала. Резкий отказ.
А покоя на душе нет. И сна нет. Обратился в банк. Выпросил на работе необходимую справку – и туда. Банку почему-то его документы не понравились. И он отказал в кредите – без объяснения причин.
И вот тут-то у него и стало «крышак» сносить. Потому что он видел, как на его бывшей машине чужой мужик ездит. Видел несколько раз за день. И это не могло не действовать на нервы. Как! На моей машине, как на моем коне, чужак! Как будто отобрали, а еще и издеваются над ним.
Начались ссоры с женой: она не захотела оформлять кредит на свое имя. И он на нее обиделся.
В деревне у него был дом. Записанный на его имя. Дом, как говорится, родовой. В нем выросла его мать. И он подумал: а что если этот дом продать? Часть денег пойдет за машину. А оставшуюся можно положить в банк. И начать строительство нового дома. Небольшого.
Конечно, мать будет недовольна. Да и жена тоже, так как ближайшее лето будет провалено. Придется в городе сидеть.
Но новая машина! Она по-настоящему прожгла душу. На ней уже дырочка. Стал думать, как успокоить мать и жену. Ничего не придумал. А сам начал потихоньку подыскивать покупателя. Он подумал так: семь бед – один ответ. Сделаю, что хочу, а там – пусть терзают. Надо только вытерпеть. Все равно они успокоятся.
Сказано – сделано. Дом продан. Деньги на счете. Радостный, купил себе автомобиль, о котором мечтал. Все формальности позади. Сел за руль, и радость пронзила тело.
Пронзила и тут же уступила место боли, которая, в свою очередь, тоже тело пронзила. Сказать-то что? Матери и жене? Они же ничего не знают.
Из двух зол выбрал меньшее. Рассказал жене. Она посмотрела на него с презрением, у нее лицо исказилось от какого-то сильного чувства. И на нем, на лице, тут же появилось отвращение. К нему, к мужу. Отвернулась и вышла. Он понял, что серьезный разговор, конечно, состоится. Но, главное, не сейчас. То есть передых есть. А вот как с матерью быть? Это уже серьезнее.
По дороге к ней очень волновался. Он пошел пешком, потому что от страха перед матерью, от стресса – там – внутри – мог не справиться с управлением.
Пришел и вывалил на нее новость сразу – с порога. Это чтобы побыстрее все закончить. И сказал глупое: «Мамочка, ты только не волнуйся. Я что-нибудь с домом придумаю. А тот – уже старый был. Почти сгнил».
Он думал, что она начнет кричать, даже топать ногами. Может, выгонит из дома и сама закроет за ним дверь. Но она поступила ужаснее, чем он думал. Мучительнее.
Она вдруг побледнела, как полотно. Обхватила голову руками, заплакала, как ребенок. И начала причитать: «Бедная я бедная, за что же мне муки такие. Господи, хоть бы смерть моя пришла. Что же мне делать, жить-то мне как»?
Он подошел и хотел ее приобнять. А она с гневом вдруг оттолкнула его руку. И неожиданно сильно крикнула: «Отойди от меня»!
Просить прощения было бессмысленно. Даже, наверное, излишне жестоко с его стороны. Вышел от матери. Пришел в гараж. Сел в новую машину. Но она его почему-то не обрадовала.
Всё в жизни бывает: "Счастье".