Летом театр собрался на гастроли. Решили «скинуться», чтобы отметить начало выездного турне. Зарплату и «суточные» перед отъездом в театре выдать не успели, пообещав, что по приезде на место, всем все будет выплачено до копеечки.
Начало цикла рассказов тут.
Предыдущая часть здесь.
Актёры судорожно трясли свои кошелечки, выуживая остатки мелочи. Увидев эту жалкую картину, Сукопов махнул рукой.
- А ну, вас, - сказал он простецки, - Я сам куплю вино, потом отдадите.
Вечером в поезде в купе Сукопова потянулись просители. Тук-тук-тук. Дверь открывалась. В купе просачивался «страждущий», что-то шепотом быстро объяснял помрежу и тут же довольный возвращался к себе в купе с заветной бутылкой.
Новый помреж, не искушенный театральной средой, по-житейски прикинул, и купил для празднества два ящика вина. К утру все его запасы были практически исчерпаны. Зато ночь оказалась весьма насыщенной событиями.
Изрядно «поддавшие» актеры завели свои обычные разговоры об искусстве. Спустя пару часов, темперамент раскрылся даже у тех, кого обвиняли в его полном отсутствии. Актеры выходили в коридор вагона, читали монологи, пели арии, ходили «брататься» с обалдевшим Сукоповым.
Ближе к утру на каком-то полустанке в вагон прибыли милиционеры. С целью арестовать парочку самых ярых дебоширов. Это грозило срывом начала гастролей. И Сукопов оказывался в этом, пусть и косвенно, но виновным.
Он метался между милиционерами, оправдывался и умолял никого не снимать с поезда.
- Понимаете, - объяснял он, вкладывая в каждое слово всю свою убедительность, - Это актеры, люди эмоциональные. Ну, перебрали малька, я их всех сейчас уложу спать и, клянусь, до конца поездки все будет тихо.
Он выудил из своих карманов все «заначки» на непредвиденные расходы. Милиционеры посовещались в тамбуре, тихо вышли и поезд тронулся.
Утром в купе Сукопова потянулись «паломники» с извинениями и словами благодарности. Труппа благополучно приехала в назначенный пункт.
Днем торжественно встретили бухгалтера с директором. Вечером перед спектаклем по театру вновь бегал взъерошенный Сукопов, бледный с красными пятнами по всему лицу.
- Вы представляете? – жаловался он в гримерке молоденьким актрисам. – Они мне деньги отказываются возвращать. Говорят: «Я не пил, я не столько выпил и прочее»…
Сукопову, конечно, посочувствовали.
- Ты, небось, и деньги в долг перед отъездом давал? – спросила одна актриса.
- Ну, а как не давать то? – оправдывался Сукопов. – Все сидели без копейки, а у меня оставались заначки от прежней работы, когда еще фотографировал.
- Ох, и наивный! – поддерживала помрежа другая актриса. – Тут же кому попало нельзя в долг давать, не вернут.
- Ну и чёрт с ними, - сокрушенно махнул рукой Сукопов, и побежал на свой стул за кулисы.
К концу гастролей, до всех потихонечку стало доходить, почему Сукопов бросил благополучную жизнь и пришел работать в театр. Дело в том, что именно этот странный человек, в отличие от многих «театральных», искренне, от всей души, по-настоящему любил искусство.
Он, как лакмусовая бумажка, проявлял всю мерзость и фальшь, которые, как парша или грибок, въелись в театр. Однажды, Сукопову, в целях экономии и из-за дефицита мужиков в театре, в одной из пьес дали малюсенькую роль.
Пьеса была о том, как бывшие одноклассники, став уже взрослыми, пригласили свою любимую учительницу и взобрались в горы. Там они вспоминали свою школьную жизнь и бывшие взаимоотношения. В какой-то момент они в шутку стали кидать с горы камушки.
Когда накал страстей и разборок достигал к концу пьесы своего апогея, к ним снизу из ущелья поднимался рабочий с одной единственной фразой:
- Что же вы наделали? Вы же там внизу человека убили.
Вот на эту роль и ввели Сукопова в готовый спектакль. Это оказалась настоящей бомбой. Когда в первый раз он появился на сцене в простой спецовке, и ничего не наигрывая, произнес свою фразу, по зрительному залу прокатился ропот. Причем не от того, что смысл фразы нес трагический смысл.
Просто на фоне такого натурального, из настоящей жизни человека, вся игра актеров до этого момента оказывалась фантастически надуманной и фальшивой. И это становилось понятно всем: и зрителям, сидящим в зале и тем, кто так старательно вырисовывал свой образ на сцене.
В последствие, Сукопов выходил в массовке, потом ему стали давать небольшие эпизодические роли. А после развала Советского Союза, когда театр переживал свои самые тяжелые времена, поговаривали, что Сукопов стал, чуть ли не ведущим актером труппы.
И это выглядело правдоподобным. Потому что он настоящий «самородок», который пришел в театр не из-за славы и денег, а от искренней любви.
....
Далее вы узнаете, как я стала Кассандрой. Читать тут.
НАВИГАТОР по рассказам "Записки театрального ребенка" ссылка
Ваши лайки и комментарии помогают каналу развиваться.
Вы не пропустите новое, если подпишитесь на мой канал. До встречи!
Продолжение "Записок" цикл рассказов "Кулёк" тут.
Для более серьезного и несерьезного чтива цикл рассказов "Обезьянообразные" тут.