Отношения с новым начальником не складывались. Василий систематически чувствовал неудовлетворение от общения с новым руководством, и если поначалу это можно было списывать на какое-то случайное, временное непонимание, которое легко будет уладить «в следующий раз», то через пару месяцев совершенно определенно наметились проблемы.
Все началось с того, что Василий никак не мог добиться ни одного встречного шага со стороны босса: все его предложения по выработке новой финансовой стратегии и развитию бизнеса оставались без отклика. Кроме того, он все чаще стал подмечать, что от него что-то скрывают, дают ему неполную информацию или не в том виде, в котором ее получают «свои».
— Задачи ставились невнятно. Просьбы разъяснить игнорировались. Я пытался исполнять поручения так, как понимал сам. Не задавая лишних вопросов. В ответ получал не критику, а прямые обвинения. Меня отчитывали, как школьника. «Не понимаю, как вы здесь раньше работали?!» — Василий процитировал директора с горькой усмешкой.
Дальше — хуже: Василий столкнулся с тем, что несколько кряду договоренностей между ним и генеральным директором были отменены, а уже подписанные документы «пошли в стол». Босс начал давать указания в обход финансового директора. Некоторые поручения, ранее предназначавшиеся финансовому директору, передавались исполнительному.
Постепенно Василий стал ощущать недоброжелательность со стороны новых коллег. Он чувствовал нарастающую тревогу, дискомфорт. Его практически не покидало плохое настроение. Он подолгу не мог уснуть, прокручивая в голове диалоги с директором в попытке проанализировать эти непростые отношения.
Каждый новый день он приходил на работу с твердым намерением прояснить ситуацию и предпринимал попытки открытого честного разговора. Он начал задавать прямые вопросы, пытался выяснить — почему его решения отменяются? Почему его даже не ставят в известность? Почему в зону его ответственности вторгаются другие сотрудники, почему отбираются его полномочия? Но ответов либо не давалось вовсе, либо давались настолько невнятные, что лишь усугубляли дискомфорт.
В конце концов Василий начал получать в свой адрес жесткие и однозначные оценки со стороны генерального: «Мне не нравится, как ты работаешь». Критика шла без всякой аргументации. Василий не слышал ни конструктивных замечаний, ни предложений. Ему просто бросали между делом: «Плохо». И никто не считал нужным придавать подобной критике хоть сколь-нибудь удобоваримый этичный вид.
Эта ситуация была для Василия унизительной, изматывающей нервы, даже шокирующей: никогда прежде ему не доводилось сталкиваться с таким стилем отношений на работе.
Спустя полгода Василий был обвинен в серьезных финансовых промахах. Ему приписывались грубейшие ошибки, находящиеся на грани уголовной ответственности. Из просто плохого финансиста он был переведен в ранг виновного в финансовых потерях компании. В отчаянной попытке докопаться до истины Василий начал пересматривать бумаги, изучать документы, проводить свое персональное внутреннее расследование.
— Я не понимал, что происходит. Не мог спать. Все передумывал, пересчитывал, не мог понять: где я мог допустить ошибку? Было очень трудно удержаться от сомнений в собственной правоте и компетентности. Начинает мучить вопрос: а вдруг и правда я облажался? Я серьезно напрягся, звонил советоваться бывшим коллегам, однокашникам по МБА, консультировался у знакомых аудиторов. Но в итоге после всех перерасчетов и консультаций я пришел к двум выводам: первый — мои расчеты были правильные; второй — я жертва нечестных манипуляций на высоком уровне. Меня подставили!
Василий был вынужден признать, что является объектом сознательно проводимой все это время травли. Полгода за его спиной велась продуманная игра. Под прикрытием якобы совершенных им ошибок новая команда директоров украла у компании крупные суммы денег, а ответственность за возникшие в компании финансовые проблемы была переложена на Василия.
— Полгода за моей спиной происходила банальная «откачка средств». А во всех недостачах хотели обвинить меня. Повесить на меня всех собак. — Василий взял паузу. Но затем неожиданно вскочил и прошелся по кабинету. — Понимаете, меня можно было заподозрить в чем угодно, но только не в воровстве! Это противоречит моим жизненным принципам!
Продолжение читайте в моей книге «Бизнес и/или свобода».
Реклама, которую вы видите в Яндекс.Дзене, не имеет никакого отношения к каналу Ольги Лукиной. Реклама автоматически формируется сервисом в соответствии с вашими запросами и интересами. При заказе услуг психолога и психотерапевта мы настоятельно рекомендуем тщательно перепроверять информацию об опыте консультанта и читать отзывы о его работе. Никогда не забывайте, что за наше здоровье отвечаем только мы сами.